Расколотые небеса [СИ]

— Почему же Бастий не установил своих порядков? Почему человек такой силы не приструнил остальных?

— Он не мог, — развеяла госпожа Феора иллюзию мужа. — Бастия не было с нами, — снова задрожал её голос. — Он до последнего мгновения пытался предотвратить катастрофу и погиб во время бомбардировки Бореи.

— Это очень тяжело… терять любимого человека, — печально проговорила Тири. — Мне вас очень жаль.

— Спасибо, милая, — улыбнулась женщина. — Спасибо, что напомнила мне, кем я была и как сильно любила. Потому я и сделала для вас… то что сделала, — бросила она на меня быстрый взгляд.

— И что было дальше? — спросил я, когда понял, что посвящать меня в свои тайны женщины не планируют.

— Пережить катастрофу оказалось непросто. Кертис оказался единственным живым уголком на планете. Купол держался, но вот люди… Многие от горя сходили с ума. Другие ожесточились, третьи… и вовсе начали творить беззаконие. Их можно было понять, ведь мы были в аду. Вокруг бушевала стихия огня. Вулканы залили Борею раскалённой лавой, затмили небеса непроницаемым слоем пепла. Уже в шаге за барьером было не выжить. Геенна огненная вырвалась на поверхность и пожрала всё живое. Мы десятилетиями не видели ни неба, ни звёзд, зато проекция Атлантиды так и висела над нашими головами.

Госпожа Феора снова повела руками и иллюзии поменялись местами. Теперь мы будто оказались в жерле вулкана. Чёрные клубы дыма заволокли небеса, вокруг горели породы, покрытая серой коркой лава растекалась по облаку. В то же время над головами у нас повисла умиротворённая голубая планета. Атлантида выглядела прекрасной, как никогда.

— Вода сошла быстро, — продолжила женщина. — И двух десятков лет не прошло, как Атлантида снова зацвела буйными травами. Мы смотрели на небеса и мечтали попасть в этот рай, мечтали вырваться наконец из пекла и вдохнуть чистого воздуха «садов наслаждений» — как прозвали цветущий, оживающий мир заточённые в Кертисе люди.

Бедствие продлилось почти сотню лет. Борея снова стала пригодной для жизни. Люди вышли за барьер и разбрелись по планетам. Технологии погибших цивилизаций стали для них бесполезны. Первые поколения пытались передать знания, но время неумолимо. Когда нет возможности проверить слова мудрецов — древняя наука превращается в магию, история в мифологию, а порой и в религию, — ласково улыбнулась она, глядя на Тири. — Дети верят родителям, но вот внуки смотрят на стариков снисходительно. Человечество одичало и ступило на новый путь развития.

— А что стало с вами? — спросила Тири.

— Госпожа Феора умерла в Кертисе много тысячелетий назад, здесь же покоятся останки её сына и внучки. Остальные потомки госпожи покинули это место.

— Но… как же тогда вы?..

— Ещё до катаклизма она успела создать астрального двойника из слепка собственной ауры. Я осталась и плотно затворила дверь. С тех пор я берегу это место и никого не пускаю за барьер.