Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

Окруженная шведами на левом фланге дивизия Адама Вейде на момент переговоров связи с правым флангом не имела: «Однакож в ночи о сем договоре ради пространности обоза везде не возможно было ведать, и все везде примирять, понеже свейское войско в середине было, и сообщение с своими упомянутого генерала [Вейде] пресечено было, так что сие безчастие неведению больше заключенного договора приписати надлежит». Тем не менее, оба фланга готовились к выходу согласно полученным обещаниям: «Такожде что в другой день на учиненный мир и данное королевское изустное свейское слово, или пароль, при котором некоторые генералы и высоконачальные люди и к руке его королевского величества свейского допущены были совершенно положились, и понеже при том учиненной договор еще укреплен и совершенно заключен бысть, генералы Вейд и Бутурлин велели сие войскам объявлять, и стали готовить, дабы войскам, якоже вышепомянуто отходить, повелеть, как уже Преображенский и Семеновский и иные полки чрез мост в добром строю, и с оружием совсем перешли».

Дальше произошло то, что русская сторона считала безусловным нарушением шведского королевского слова: «И тогда шведы по разлучении войска, и видя, что они русские еще так сильны и многочисленны по остаткам уже справиться могут, свой договор против всенародного и воинского права нарушили, и по том желали, чтоб полки свое ружье положили, и хотя они тому противилися и долго противность являли, что сие против данного королевского слова и всякого честного обещания есть, однакож уже в рассуждении учиненного разлучения, и дабы более кровопролития не учинилося, видя, что уже шведы сильны стали, получившее больше силы и полков, на то позволить, и оружие положить принуждны были. И по том шведы уже везде ворвались, и многих немецких начальных людей, аптекарей и лекарей браня саксонскими собаками свирепо побили, и обоз совершенно разграбили, которой им сим образом с нарушением слова их со всеми пушками и воинскими припасы в добычу достался, и хотя возспужанных о том генералов и высоких начальных людей обнадеживали, что по совершенному отходу всех войск також и они отпущены будут, то однакож последи противное тому видали, и они принуждены были по том в полон в Нарву итти»[1602].

Первая редакция Гистории Свейской войны подтверждает, что с посланным на переговоры генерал-майором Бутурлиным «генералы швецкие по повелению королевскому в присудствии самово короля учинили договор на словах, что нашему оставшему войску свободно наутрее отступать со всем ружьем и з знаменами, только без артилерии». Затем обещание было повторено лично королем всем русским генералам. На следующий день, 20 ноября, гвардия ушла беспрепятственно, но у дивизии Вейде «неприятель не только у них ружье и знамена стал отнимать, но и платье и протчее с них грабить стал»[1603]. В окончательные версии Гистории не вошел эпизод, упомянутый в одном раннем варианте текста: «Шведы оставшихся на той стороне Наровы солдат и обоз их начали нагло грабить, и ружье их и платье отимать, и людей без милости, яко скотов, стали убивать и в реке Нарове топить»[1604]. Уставшие, злые и нередко пьяные финские и шведские солдаты нападали на русские отряды, шедшие последними, и грабили их. «Дошло до того, что небольшие группы русских просто захватывали и убивали, забирая все мало-мальски ценное»[1605].