Турецкие народные сказки (второе издание)

74. Звездочет

огда-то были муж да жена. Этот человек давно уже перешел за средний возраст. В свое время он изучил разные ремесла; хотя он не был уж так богат, да жил себе понемногу — ни шатко, ни валко. Он дожил до сорока-пятидесяти лет; время и заботы посеребрили его волосы и бороду так, что он выглядел восьмидесяти-девяностолетним стариком. Он был тихим и скромным человеком. В один из дней его жена идет в баню и видит там необыкновенную суетню; женщины, пришедшие подобно ей в баню помыться, говорят: «Сегодня жена мюнеджим-башы 1 приедет» — и каждая не знает, куда сесть. А хозяйка бани говорит: «Там нельзя, сюда!» — и женщины, ничего не говоря, отодвигаются в сторону, которую им указала банщица, и садятся там.

И вот с той стороны 2 под музыку и пение прибывает жена мюнеджим-башы, впервые родившая3, в сопровождении многих людей. Само собой понятно, что хозяйка бани, чтобы сорвать побольше денег, не находит места, куда бы ее усадить, и оказывает ей разные почести. А та женщина, лишь только все это увидела, честь-честью моется в бане и все такое, а под вечер возвращается домой. Так как она была крайне обижена всем этим, то она и говорит своему мужу: «Милый человек, или меня оставь, или стань мюнеджим-башы». Едва она так сказала, он отвечает: «Помилуй, жена! Я с трудом зарабатываю, на что есть и пить каждый день; куда уж мне на должность мюнеджим-башы? Были бы хлеб да соль! Я даже и писать-то не умею, — как же я могу сделать то, что ты сказала?» Когда он так сказал, жена еще больше пристает: «Нет, муж, как там хочешь: или ты станешь мюнеджимом, или же меня оставь — я не буду жить с тобой». А так как женщина была довольно красива, то бедняга не может от нее отказаться и начинает искать какой-нибудь выход. Он отправляется в кофейню и погружается в думы, а в это время к нему подходит один из его друзей. «Эй ты, послушай! Что у тебя за раздумье такое, о чем ты задумался?» — спрашивает он, и бедняга рассказывает ему, что и как. А этот приятель был как раз милым дружком хозяйки бани. Он тут же говорит ему: «Ты не волнуйся, я что-нибудь да придумаю!» С этими словами он встает и идет к хозяйке бани. Когда он рассказал ей обо всем, она и говорит: «Пусть тот человек придет в такой-то день и у дверей бани разложит немного бумаги, перо, чернильницу и всякие такие вещи и пусть начнет чертить и писать там и сям, как гадатель 4: мы его дело обделаем». Только она это сказала, приятель идет и сообщает тому человеку. А бедняга не то что писать, — не знает, как и перо-то держать! Да нечего делать, — он тут же, вместо письменного стола, покупает у бакалейщика ящик для свечей и наливает немного чернил в какую-то битую чашку, которую он находит у себя в доме. Не будем затягивать! Раздобыв перо и бумагу, он раскладывает себе кожу 5 против двери в баню. Все, кто входит и выходит из бани, принимают его за подлинного ходжу. В тот день снова приезжает в баню жена мюнеджим-башы. А банщица, пока ее мыла, в то же время похищает у нее дорогой перстень с пальца, как ее подучила хозяйка бани; а хозяйка бани кладет его в мусор, накопившийся на трубах с текущей водой, и сообщает об этом сидящему у дверей человеку. Короче говоря, в то время как все, вымывшись, выходили из бани, жена мюнеджима замечает, что у нее пропал перстень, и вскрикивает: «Ах!» Находящиеся в бане думают один на другого и волнуются, а хозяйка бани тем временем говорит: «Эфендим, у двери есть один ходжа. Дадим-ка ему погадать, — он очень хорошо открывает такие тайны». И тотчас же его подзывают и рассказывают, что случилось. А того еще раньше подучила хозяйка бани; немного поцарапал он по бумаге и говорит: «Эфендим, этот перстень в углу, посреди мусора». Как только он это сказал, хозяйка бани сейчас же оглядывается: «А мне это и в голову не приходило!» Она тут же приказывает слугам обыскать трубы. Ну, известное дело — перстень находят в мусоре, который скопился за трубами. Ходже дают хорошие подарки, и он радостно приходит домой, но жена не хочет ничего другого, кроме должности мюнеджим-баши, и потому ввергает беднягу в разные муки.