Рейган

Как оказалось, все эти авансы, означавшие фактическое заискивание перед исламскими фундаменталистами, были напрасными. Последние принимали оружие как должное, но вступать в переговоры с американскими представителями на высоком уровне отказывались. Советнику президента сообщили, что аятоллы слишком заняты религиозными делами и побеседовать с ними не в состоянии. Пистолеты и Библия был приняты с сухой благодарностью, а символический торт нагло съели «стражи исламской революции», охранявшие аэропорт, куда прибыли американцы. Пробыв в Тегеране три дня, Макфарлейн и Норт возвратились в Вашингтон несолоно хлебавши[742].

Вскоре после этого, в декабре 1985 года, Макфарлейн ушел в отставку, объявив, что крайне переутомлен и намерен заняться сугубо семейными делами. Его преемник вице-адмирал Пойндекстер продолжал руководить тайными операциями, обещая Ирану новые оружейные поставки, но фактически свел их к минимуму.

С точки зрения тех непосредственных целей, которые были поставлены американским руководством, результаты были незначительными: в августе 1985 года был освобожден один из американских заложников — Бенджамин Вейр. Естественно, причины его освобождения общественности не сообщались.

Рейган незадолго до этого выписался из госпиталя и направлялся на отдых в Калифорнию. Ему сообщили об освобождении заложника на борт самолета. Президент связался с Вейром по телефону, поздравил его и заявил, что не успокоится до тех пор, пока не будут освобождены остальные заложники (предполагалось, что у Хезболлы осталось шесть американцев). Вскоре состоялась встреча Рейгана с семьями как освобожденного Вейра, так и тех, кто оставался в руках террористов. Президент сообщил во время встречи, что на каждом заседании Совета национальной безопасности требует сообщать ему информацию о том, какие меры предпринимают соответствующие службы для освобождения остававшихся у Хезболлы заложников[743].

Это заявление, а также ряд высказываний Рейгана в выступлениях по телевидению были восприняты членами Совета национальной безопасности и прежде всего Макфарлейном как стимул к дальнейшим контактам с иранскими деятелями, в частности с офицерами Армии охраны исламской революции — полувоенной экстремистской организации фанатиков-исламистов, которые, стремясь получить хотя бы какое-то американское вооружение, клялись, что заставят Хезболлу освободить заложников, однако никаких практических усилий к этому не предпринимали.

Рейган вполне сознавал, что иранские деятели, которых он и его подчиненные считали некими тайными партнерами, на деле оказывались просто мошенниками, водившими американскую сторону за нос. Но он все же рассчитывал, что новыми поставками небольших партий оружия, а главное обещаниями их продолжить он сможет побудить иранцев в конце концов заставить Хезболлу освободить заложников.