Электронная книга - «Беременная от врага». Краткое содержание книги:
— Может. Ребенок. — Ухмыльнулся Андрей своей дьявольской улыбкой.
— Какой еще ребенок? С ума сошел? — Непонимающе уставилась на мужчину.
— Твоя любимая мамочка мне проиграла. Денег у нее нет. Зато есть ты, тобой и расплатится. Пока не родишь мне наследника, я тебя не отпущу.
ОДНОТОМНИК
ХЭ
Криминальный наследник
На волне любви
ОТСЛЕЖИВАТЬ АВТОРА
Удивляет, как от Уманского не отказалась нынешняя семья с учетом их запросов. Я выяснил, как жена, так и падчерица любят жить на широкую ногу, а тут оказавшись в стесненных обстоятельствах, не требуют объяснений? Неужели их устраивают перемены?
— Я не жду от вас сочувствия, Исаев. Как его можно ожидать от человека, не имеющего ни души, ни сердца? — Усталым тоном произнес Уманский, словно еще немного и он лишится последний сил, помогающих говорить. Похоже, материальные проблемы выжали из него все соки. Быстрее, чем я думал. — Тем не менее я намерен достучаться до вашего разума, которым обладаете и с чьей помощью обвели меня вокруг пальца со сделкой, и теперь каждый день ощущаю последствия.
— Так вы пришли не ради Риммы, а пожаловаться на свои беды? Если что я в кредит денег не даю. — С улыбкой проговорил я, не оставляя возможности поиздеваться над сегодняшним собеседником.
— Иронизируйте, сколько влезет. — Хмыкнул недовольно Уманский, но продолжал спокойным тоном: — Я хочу поинтересоваться насчет дальнейшей судьбы Риммы. Что вы планируете делать? Ей собираетесь причинить вред или она нужна только для того, чтобы манипулировать мной? — Он выжидающе посмотрел на меня. Я молчал. — Бросьте. Ведь прекрасно знаете, я не смогу пойти против вас, когда удерживаете около себя Римму. Поэтому прошу… нет, умоляю оставить ее в покое, не раньте. Это наша с вами война, Исаев.
— Как будто, если бы я отпустил Римму, вы бы могли мне что-либо противопоставить. — Я оглянулся на Уманского, окинув глумливым взглядом. — Вы бессильны, еле-еле держитесь наплаву. Обратиться за помощью не сможете. Какие бы в прошлом не были связи, без денег ради вас никто и пальцем не пошевелит.
— Это мои проблемы, Исаев! Вы вольны поступать, как вздумается, но в отношении меня! Римма ни в чем не виновата! — Повысил голос возмутился Уманский на эмоциях.
— Тише, иначе на шум сбегутся, а это не нужно ни мне, ни вам. — Предупредил я Уманского, опасливо озираясь по сторонам во избежание посторонних людей, которые могли наблюдать со стороны за нами. — В первый и последний раз скажу, советую запомнить. Римма — моя жена, я от нее не откажусь. Никакого развода не будет. А вот во что ее жизнь со мной превратится, решать только мне. Захочу — сделаю супругу счастливой, надоест — заведу интрижку на стороне, чему она станет свидетельницей, так как скрывать от нее ничего не планирую.
— Вы… серьезно говорите? — Опешил от моих слов Уманский, с лица которого сошли жизненные краски, сделав его похожим на мертвеца.
Я проникаться к нему жалостью не хотел. Пусть страдает.
— Когда дело касается вас, господин Уманский, последнее, что приходит мне на ум, так это шутки. — Сказал я, глядя с ненавистью в глаза того, кто без зазрения совести стал причиной смерти моей сестры. — Думаю, я достаточно ясно выразился, больше говорить мне с вами не о чем. Если не хотите, чтобы Римма увидела вас, восставшего из ниоткуда отца, который бросил ее беременную мать на произвол судьбы, уходите. Или желаете лично причинить боль собственной дочери своим присутствием?
— Я, конечно, уйду. Но, как я уже говорил, кара когда-нибудь настигнет вас. — Предостерегающе заявил Уманский, лишь отдаленно напоминающий жесткого и бескомпромиссного человека.
До сих пор не верится, как мне удалось легко его сломать.
— Ерунда все это. Не утрируйте. Вы однажды заставили меня задуматься над похожими словами, но в итоге я цел и невредим. Ничего не происходит, так что чувствую себя еще более уверенно, чем раньше. О себе лучше побеспокойтесь, скоро денег не хватит, чтобы поесть обычную еду. Не в ресторан, а в столовку не пустят. — Беззаботно рассмеявшись, ответил я на дурацкие припугивания Уманского. — И знаете, что? — Интригующе сделал паузу, подавшись чуть вперед к собеседнику: — …я получаю удовольствие, видя ваши мучения.
— Будь ты проклят, дьявол! — Сквозь зубы прошипел Уманский, уходивший под мой смех.
— Обязательно буду. Еще и вас к себе в преисподнюю заберу. — Вдогонку с улыбкой сказал я, наблюдая, как Уманский быстро шагал по направлению к автомобилю, а, когда хлопнул со злостью дверью, уже сидя в салоне, этот звук наверняка слышали на соседней улице.
Когда говорил с Уманским, я в некоторых моментах, касающихся Риммы, лукавил, но он этого знать не должен. Мне выгодно внушать ему самые ужасные вещи, чтобы измучить морально, вдобавок к материальным потерям. Так что Уманскому расслабляться вообще некогда.