Электронная книга - «Музыка Мёртвого Моря». Краткое содержание книги:
Когда-то среди геймеров ходило поверье, что каждый созданный персонаж обладает скрытым параметром удачи.
И неважно, какой жанр у игры, насколько прямые у тебя руки и бездонен кошелёк: судьба предрешена.
И только в рпг-мирах удача числится в списке характеристик персонажа. А в некоторых она даже неотъемлемый атрибут приятной и успешной игры. И погоня за ней — не просто крылатое выражение.
Но что делать игроку, если при генерации ему выпал заведомый неудачник? Неправильно. Качать его дальше!
Ответа не пришлось долго ждать. Уже через тридцать шесть секунд на в.р.у.к. Ветровой пришли два сообщения, одно за другим.
— Уголок Тумбочкин предупреждает, что открытый проход призван форсировать события. Если мы пересечём грань вагонов, то не попадём в третий, а так и будем возвращаться в начало второго! И с каждым разом… — девушка зябко поёжилась, — с каждым разом… Ива, когда здесь успело похолодать? И свет горит тусклее, или мне кажется?
— Не кажется, — к нам подошёл Лерой. — А ещё будто скребёт кто-то под днищем.
Я прислушался. В самом деле, звук, который я до этого списал на неисправности в колёсной базе, походил на скрип когтей по металлу.
— Второе сообщение от источника, пожелавшего остаться анонимным, гласит, — громко произнесла Олеся, обращая на себя наше внимание, — что после четвёртого перехода мы попадём в третий вагон. Он говорит, что так буде проще и быстрее, чем дожидаться кульминации на месте. Хм… Занимательная дилемма. Пожалуй, оставлю право выбора за Лероем.
— Как благородно с твоей стороны, — язвительно прошипел Дженкинс. — Мне нужно обдумать это щедрое предложение.
— А что тут думать? — пожал плечами я и смело шагнул в проём.
Глава 40
Тьма сгущалась с каждым шагом. Тело, дрожащее от невыносимого холода, подчинялось с трудом. Мы жались друг к другу, инстинктивно желая согреться. Но ни термобельё, ни «климат-контроль» продвинутой брони Олеси и Лероя не могли справиться с задачей.
В спину зловеще дышало нечто, оно же хватало за руки, за ноги, пыталось осторожно обвить горло. И исчезало, стоило кому-то из нас направить на него тусклый свет встроенного во в.р.у.к. фонарика. Ветрова, стуча зубами, замогильным голосом вещала в прямой эфир. Лерой шёл с опущенной защитой шлема; не знаю, давало ли это ему хоть что-то. Счастливчик плёлся позади, ероша шерсть там, где она ещё сохранилась.
Третья генерация второго вагона. Всего лишь третья…
Под днищем снова завозилась неведомая тварь. Когти — или что-то иное? — медленно врезались в металл обшивки. Скрежет, пробирающий до спинного мозга, болью отдающийся в костях, прокатился от начала до конца вагона. И всё стихло — до следующего раза.
В трёх метрах перед нами на грани видимости промелькнула тень. Мы дружно посветили туда, вытянув руки как можно дальше, но там уже никого не было. Зато где-то позади отчётливо послышался цокот копыт.
— Не оглядываться, не оглядываться… — шептала в микрофон Олеся надтреснутым голосом. — Возвращаться тем более нельзя. Меня снова хватают за ногу… Уйди, противный!
Хаотичное движение луча фонарика — и Ветрова с криком подскочила на месте.
— Он показал своё лицо! Монстр показал лицо!.. то есть… г-голову… Это была голова! — завопила девушка. — Отрезанная! Уродливая! А язык длинный… Он хватал меня своим языком!
Я посветил под ноги Олесе, но, как и в прошлые разы, ничего не обнаружил.
— Скорее бы преод-долеть этот участок, — всхлипнула Ветрова, с трудом выговаривая слова. — И к-как же невынос-симо холодно…
Моё сердце забилось чаще, когда впереди во мраке проступили очертания межвагонной двери. И едва не выпрыгнуло из груди, когда в следующую секунду я услышал хриплое дыхание у самого уха.
— Деф-ф-т… — только и смог выдавить из себя. Отпрыгнуть или даже отпрянуть не позволили задубевшие мышцы. С трудом повернув голову, я столкнулся нос к носу с… лошадью?!
Животное фыркнуло, обдав меня зловонным запахом гниения. Его шкура была покрыта мерзкими на вид коростами и язвами. Вместо глаз зияли тёмные провалы, на дне которых я разглядел копошащихся белых червей. Свет фонарика, даже такой тусклый, просачивался сквозь кожу и плоть животного подобно рентгеновским лучам, давая мне возможность разглядеть лошадиный скелет.
— В-вы не поверите! — ахнула Олеся. — Конь! Наст-тоящий зомб-бо-конь в вагоне!
— Не тормозим, идём дальше, — раздражённая интонация голоса Лероя угадывалась даже через звуковой преобразователь шлема. — Подошвы к полу прилипают, если долго стоять!
— А с-с ним чт-то д-дел-лать? — недоумённо проклацал я зубами, указывая взглядом на животное. Лошадь не двигалась с места и уж точно не собиралась исчезать. Дженкинс обернулся.
— Не знаю. Пугаться, наверное. Какой ужас, конь, а-а-а, страшный, отвратительный! — наигранно завопил он. — Доволен? Теперь пошли!
— Лёх, не б-будь б-букой, — Ветрова вновь прервала эфир, чтобы отчитать товарища.
— Я не бука! — взвился Лерой. — У моего костюма восемь процентов заряда осталось на жизнеобеспечение! Хочешь меня на себе вместе с Джейсом тащить? Нет? Тогда…