Фурия первого лорда [пер. Notabenoid]

Она ничего не могла сделать, чтобы что-то изменить, и осознание этого пугало и одновременно приводило её в ярость.

— Отлично, — сухо произнесла Амара мгновение спустя. — Я попалась. Зачем ты здесь?

— Для переговоров, конечно же, — ответила Инвидия.

Амара долго и пристально смотрела на нее.

Затем прошипела:

— Проклятая убийца. Убирайся к воронам.

Инвидия рассмеялась. Звук получился горьким, тревожным и жутковатым из-за странных образований на ее шее в рубцах от ожогов.

— Но ведь вы даже не знаете, Графиня, что я хочу вам предложить.

— Предательство? — предположила Амара, её голос был язвительно-слащавым. — Это же для тебя обычное дело.

— Совершенно верно, — ответила Инвидия. — Но на этот раз оно принесёт вам пользу.

Амара сощурила глаза.

— То, что сейчас происходит, Амара, — это конец всему. Если Королеву не остановить, Алера погибнет.

— И ты собираешься… что именно? Убить её ради нашего спасения?

Инвидия оскалила зубы:

— Я бы убила, если бы это было возможно. Но я не могу. Она слишком сильна. Непомерно.

— Тогда я сказала бы, что ты мало что можешь нам предложить, — ответила Амара.

— Я могу сказать вам, где находится её улей, — сказала Инвидия. — Где ее можно найти. Где она наиболее уязвима.

— Продолжай.

Инвидия чуть сильнее сжала пальцы на рукоятке меча.

— Я в отчаянии, графиня. А не сошла с ума. Я не буду давать вам этих сведений без гарантий.

— Каких именно? — спросила Амара.

— Моя неприкосновенность, — отозвалась она. — Полная безнаказанность за все действия до и во время этого конфликта. У меня есть имение на северо-восточной границе Фиверторна. Я приму там изгнание и домашний арест на остаток своей жизни.

— И в обмен, — тихо проговорила Амара, — ты выдашь нам местоположение Королевы Ворда.

— И я буду участвовать в нападении, — ответила Инвидия. — Если каждый Верховный Лорд соберёт свои силы против нее, если мы застанем её в своем логове, и если правильно рассчитаем время, мы даже сможем ей противостоять. И это лучшая возможность, которая вам может представиться, начиная с этого момента и заканчивая концом света, который, по моим оценкам, произойдет раньше, чем через неделю.

Амаре хотелось бы выказать полное пренебрежение и презрение к этой полусоженной предательнице, но она заставила себя отгородиться от эмоций, выравнивая своё дыхание.

На кону стояли миллионы жизней.

Она не могла позволить усталости, страху или гневу руководить своими действиями.

Она воспитывалась и служила как Курсор Короны и была обязана своим учителям — даже Фиделиасу — хотя бы тем, что в ярости не позволяла себе бездумно бросаться словами, отвечая как рассерженное дитя.

Ей понадобилось больше минуты, чтобы успокоить своё сознание, восстановить дыхание, достичь состояния ясности и подумать о предложении изменницы.

— Остаётся вопрос о достоверности, — сказала Амара. — Ничего конкретно у тебя нет. Почему мы не должны допускать вариант, что это предложение — ловушка, в попытке привести самых могущественных наших заклинателей к смерти?