Всего лишь спор [СИ]

— Значит, я все же был прав, что тут не просто дружба? — спросил Кирилл, хмыкнув. Сеня глянул на него тяжелым взглядом.

— Кирилл, помолчи. Сень, тебе честно ответить? — я соскочила с подоконника, и подошла к кровати, присела рядом. — Не хотела я замуж, и мамой так рано становиться не хотела. От официального предложения я отказалась, — я уставилась на кольцо. Парень тоже его заметил, тут же помрачнев. — Но потом узнала, что беременна. И все равно отказалась. Но он с этим не смирился, — теперь и я одарила Кирилла тяжелым взглядом. — Сказал, что я выхожу за него замуж, и это не обсуждается.

— Тиран и деспот? — усмехнулся друг, и заглянул в мои глаза. — Ты уверена, что тебе нужен именно такой? Он тебя хоть не бьет? — и бросил взгляд на Кирилла. Тот сузил глаза.

— Не бьет, ты что. И Кирилл не тиран, и не деспот. А просто наглый и самоуверенный эгоист. И да, я его таким люблю, — добавила совсем тихо. Сомаров улыбнулся.

— Ясно, — Сеня сцепил пальцы в замок и стал внимательно разглядывать их.

— Сень, — я неуверенно тронула его за плечо. — Но ты ведь все еще мой друг, да?

— Да, — кивнул он, не поднимая взгляда.

— Сень, прости, — не выдержала я его хмурого вида. Он даже тогда, в Новый год, проявлял оптимизм, пытался шутить, а теперь сидит, угрюмый, и молчит.

— Все нормально, Аль. Ты счастлива? — вдруг спросил парень, все же подняв на меня взгляд.

Я лишь неуверенно пожала плечами и глянула на Кирилла. Такого родного и любимого. Несмотря ни на что. И во мне частичка нас обоих. Надо же.

В груди все словно потеплело.

И да, он мой. Вскоре и официально будет только мой.

— Ясно, — Сеня улыбнулся. Видимо, на моем лице было написано больше, чем я могла сказать и понять. — Что ж, на свадьбу пригласите?

— Пригласим, — отозвался Сомаров, разглядывая нас. — Только мы пока ничего не решили на счет неё, — и пожал плечами.

— Не хочу свадьбу, — едва ли не прошептала я, но оба парня меня услышали. — Хочу белое платье, но не хочу банкета. Я как представлю… — меня передернуло. Быть в центре внимания меня не прельщало. Кирилл усмехнулся, а Сеня хмыкнул.

— Моя мать не даст нам тихо расписаться. Еще и журналистам сообщит, а те всё пронюхают, и явятся и на роспись, и на банкет. Извини, но Сомаровыми быть не просто, — оповестил меня Кирилл.

— Сомаровыми? Где-то я слышал эту фамилию, — пробормотал Сеня.

— Отец Кирилла — депутат, — пояснила я. — А мне нервничать нельзя, так что к черту журналистов, — и хмуро глянула на жениха.

— Я что-нибудь придумаю, — кивнул Кирилл.

— Депутат, — повторил Сеня. — И что ж такие царские крови нашли в простых крепостных? — усмехнулся он, слишком явно все утрировав.

— А Алина не говорила? — приподнял брови тот. — Я на неё поспорил. На мотоцикл, что смогу затащить её в постель, — он склонил голову набок, а глаза были полны ехидства.

— Сомаров! — рявкнула я, подскочив на ноги. — Ты зачем всем об этом говоришь? И маме моей сказал!