Тайна Саммервуда

– Нам нужна любая информация, особенно… – Элберта прерывисто вздохнула, – та, что касается исследований профессора. Может быть, у вас сохранились его записи… конспекты.

– Карты… – добавил Леджер. – Какие-нибудь ценные вещи, принадлежавшие профессору.

Миссис Стедмен не спешила отвечать – беззвучно шевелила губами, хмурилась.

– Карта есть. И кулон с этим… как его… кампусом. Подарок моему мужу-дебилу от брата.

– Карта? О! – Сдерживать волнение у Элберты не получалось. – Кулон… Вы не могли бы показать нам?

– Могла бы, – гаденько захихикала старуха, – но не покажу. Просмотр денег стоит.

– Мы вам обязательно заплатим, как обещали, – Леджер старался выглядеть дружелюбным и милым, но он тоже терял терпение. – Мы – честные люди, но не глупые. Кота в мешке покупать не станем.

– Дело ваше, – миссис Стедмен поджала губы, выпрямилась. – Идите подобру-поздорову. Мне-то что? Сто лет лежало и ещё полежит. Или продам кому, – она метнула на Элберту хитрый взгляд. – Кто побогаче будет и не такой скряга.

– Дело не в том, что нам жаль денег. Но всему должен быть предел, – она придала голосу твёрдость, – разумный. Вот пять шиллингов, – Элберта отвернулась, быстро открыла сумочку и выудила одну купюру, – а остальное после.

– Нет уж, – покачала головой упрямая старуха, но деньги забрала тут же: с ловкостью фокусника выдернула костлявой пятерней из пальцев Элберты и спрятала за пазуху чёрного платья. – Знаю я вас, жуликов. Покажу, а вы возьмёте и отберёте. Ещё кочергой огреете. Поминай потом, как звали.

Элберта стиснула зубы. Меньше всего на свете ей сейчас хотелось быть вежливой.

– Что же мешает нам огреть вас прямо сейчас, миссис Стедмен? Может быть, то, что мы порядочные люди? Будьте так добры, сходите за картой.

– Ах, вы про карту? Я-то думала, вы про кулон и кампус.

– Компас, – грозно поправил Леджер. – Кулон тоже. И карта.

– Нет-нет, – замахала на него руками миссис Стедмен. – Она очень ценная. Старая… Почти рассыпалась вся. Но дорогая. Потому что ценная.

«Расчётливая старая грымза! Она наверняка не имеет ни малейшего представления о карте и её назначении, но, почуяв наш интерес, торговаться взялась лихо. Надо же! Такой хватке прожжённого дельца позавидовали бы все папины управляющие вместе взятые».

– Мы ждём, миссис Стедмен, – Элберта протянула ещё одну банкноту. – Несите вещи.

– Сначала деньги, – та встала, не выпуская из рук кочергу. – Кулон, так и быть, отдам задаром. Остальное – десять тыщ. Антиквариат потому что.

– Что… сколько?! – Элберта взглянула на оторопевшего Леджера – может, ослышалась? – и повернулась к старухе. Машинально опустила купюру обратно в сумочку. – Десять тысяч шиллингов?! Это же… да вы с ума сошли! У нас нет такой суммы. Мы договаривались на тридцать… Но раз так… – блеф всегда очень кстати, – верните нам деньги, мы уходим.

Ни один мускул не дрогнул на морщинистом лице.

– Улица там же, где и была, когда вы пришли.

– Если уж вы… если вы просите такую баснословную сумму… – возмущению Элберты не было предела. – Мистер Эквилл совершенно прав, мы должны знать, за что именно её отдаём. Покажите нам карту, кулон и компас, и… может быть, мы… купим. Позже.