Зеркальный лабиринт. Выход есть всегда

Варвара — смешливая курносая девчонка. Ей тоже было семнадцать лет. Как-то вечером Астия зашла к ней в палату, и Варвара, смеясь, начала рассказывать глупую историю, смешно тараща глаза над марлевой повязкой. Астия вежливо улыбнулась и ушла, а утром узнала, что ночью Варвара умерла.

Антон был интеллектуалом из Казани и мечтал поступить на философский факультет в Московский университет. Он писал книгу и иногда кое-что из написанного читал Астии, которая очень уважала друга за ум и эрудицию. Антон был влюблен в Оленьку. После ее смерти он три дня не выходил из своей палаты. Лишь на месяц пережил юноша свою возлюбленную.

Некоторое время Астия дружила с жизнерадостной, круглолицей Аленкой из Питера. Встретив однажды Астию, бредущую по коридору в обнимку с капельницей, Аленка спросила с серьезным лицом:

— Это твоя подружка?

— Скоро и у тебя такая же будет, — Астия сдержала улыбку.

— Меня зовут Алена.

— Меня до болезни звали Виктория, а теперь, после крещения, я стала Астией.

— Тогда я — Елена. Я из Питера. Меня бабушка в детстве покрестила во Владимирском соборе. Кстати, а ты сама откуда?

— Из Красноярска.

Девчонки подружились, рассказали друг другу свои жизни, но историю с матерью новой подруге Астия не открыла — не хотела омрачать Аленке последние месяцы жизни. Почему-то она не сомневалась в том, что та не доживет до пересадки костного мозга. Так и произошло.

Алена умерла на глазах у родителей, не приходя в сознание. На ее место положили Игната из солнечной Алма-Аты. Молодой казах трогательно любил свой край и мог подолгу рассказывать нараспев о красоте Казахстана, о редких животных, которых он встречал, путешествуя по горам и долинам. Игнату было девятнадцать лет, он глубоко верил в Бога и поэтому единственный среди ребят не боялся смерти. После службы в армии Игнат хотел поступить в семинарию, мечтал о служении Господу. Его надежда на Царствие Небесное была так заразительна, что помогла многим ребятам преодолеть сомнения в этом вопросе. Астия подружилась с Игнатом и однажды рассказала ему всю свою жизнь.

— Ты простила мать? — спросил он, внимательно выслушав девушку.

— Нет! Я никогда ее не прощу! Из-за нее умер отец!

— Никогда никого не суди и всех прощай. Тем более свою мать. — И добавил: — Ты же хочешь жить.

Тогда Астия не поняла связи между своей жизнью и прощением матери.

Однажды, застав Игната во время молитвы, она была потрясена, услышав, что он молился обо всех ребятах в отделении.

— Господи, милостив буди мне, грешному, — он поднялся с колен и, увидев Астию, торопливо смахнул слезы.

— Ты же не боишься смерти, почему ты плачешь? — удивилась девушка.

— Я плачу о своих грехах, — вздохнул всей грудью Игнат.

— Почему ты молишься о нас и не просишь Бога, чтобы Он исцелил тебя?

— Я прошу: «Господи, милостив буди мне, грешному», — улыбнулся глазами Игнат. — Что может быть больше милости Божьей? Господь всегда управляет к лучшему, и я во всем полагаюсь на Его волю.

— Во всем управляет к лучшему? — закричала Астия. — А смерть Варвары — к лучшему? А ты спроси мать Аленки — к лучшему она умерла?

— Астия, не кричи. Ты пока многого не понимаешь.

Астия хлопнула дверью и ушла, разозлившись на друга.

Когда Игнат понял, что умирает, он отказался от обезболивающих препаратов — не хотел уходить из жизни в бессознательном состоянии. Его быстрая и безболезненная смерть была чудом, как и то, что он ушел из жизни в день памяти своего небесного покровителя, святого Игнатия Брянчанинова.

Астия долго не могла смириться с его смертью, ей казалось, что вот-вот раздастся деликатный стук в дверь и на пороге появится невысокий коренастый паренек с добрыми раскосыми глазами.

Все ребята, поступившие в отделение в одно время с Астией, ушли из жизни, не дождавшись пересадки костного мозга. Их родные бились изо всех сил, чтобы найти донора и собрать деньги на операцию. Некоторые родители жили в больнице вместе со взрослыми детьми. Если бы было возможно, они не раздумывая поменялись с ними местами.

Когда дети умирали, отцам и матерям приходилось учиться жить заново. Верующим было легче. Силы пережить страшную утрату им давал Господь. Многие отдавали оставшиеся после смерти сына или дочери средства на операции другим молодым людям, создавали частные фонды. Горе делало людей милосердными. Астии помогли родители Игната. Ничего не сказав девушке, они заплатили за ее многотысячную операцию.