Главный герой Апокалипсиса

— Я правильно понимаю, что в этих твоих загрязнённых зонах с правосудием далеко не всё гладко?

— Да.

— Отлично, куда мне идти, чтобы попасть в такую зону? Где ближайшая?

— На север от города, пешком дней десять.

— Замечательно! — моё лицо расплылось в довольной улыбке. — А теперь будем прощаться? — я взял отброшенный на кровать кляп, и Алила, моя ж красавица, сама открыла рот, чтобы я вставил в него шарик. Просто прелестно. Наклонившись к её уху, я ласково прошептал, стараясь вложить в каждое слово максимум издёвки: — В следующей жизни постарайся не заниматься работорговлей…

Лезвие перочинного ножичка по самую рукоять вошло эльфийке в живот, а потом, подчиняясь стату силы в тридцать пунктов, плавно пошло вверх, превращая пол под андреевским крестом в кровавое озерцо. Дура. Кто же верит похитителям и палачам? К тому же я ведь ни слова не сказал о том, что оставлю её в живых. На секунду к горлу подступил ком рвоты. Жирного мэра я прибил фактически в состоянии аффекта, но это убийство было хладнокровным и подготовленным, а от того куда более жутким. Однако так же как пришла, тошнота почти сразу отступила. Она продала меня в бордель. Нечего было жалеть гадину.

Домину я, как и обещал остроухой, действительно связал, благо верёвок в комнате было достаточно, и, как и тело толстяка, спрятал в потайном коридоре. Пусть те, кто найдут Алилу в таком виде, поломают голову о произошедшем, а когда проститутку всё–таки найдут — её шибари–наряд станет идеальным алиби. Местных девочек я подставлять не хотел, они ведь просто работали.

Несмотря на то, что я постарался не изгваздаться в эльфийской крови, на штаны и туфли всё–таки попало немало кровавых капель и потёков. К сожалению, в шкафу этой комнаты были только женские наряды, так что пока что пришлось остаться в этом. Однако кое–чем я всё–таки разжился. В дополнение к ножичку в одном из карманов остроухой я обнаружил знакомо позвякивавший кошелёчек. Правда, вместо ста пятидесяти в нём было всего двадцать серебряных монеток, то ли Алила уже успела всё спустить, то ли отнесла бо́льшую часть в местный постапокалиптический банк. Но, вспоминая, как одноглазая гномиха переживала из–за траты двадцати серебра на покупку ночи со мной любимым, даже такая сумма вряд ли была маленькой. На моих штанах карманов, к сожалению, не было, но зато внутри кошелёчка оказалась спрятана смотанная лямка, которую я перекинул через плечо под рубашкой. Так, с оружием, каким–никаким стартовым капиталом и, что самое главное, ценной информацией, я вернулся в застенный тоннель и продолжил свой путь.