Благословенная Империя (СИ)

— Ну допустим, — вздохнул Тамай, потом постучал пальцем по свёртку в руках Шоуки. Завёрнутая в ткань шкатулка отозвалась деревом. — Ладно, самое простое — вот что внутри, ответь.

Шоуки собрался уже было сказать, но Амарими вылез вперёд.

— Пфф! Это заказ от кузнеца, что ещё там может быть кроме как новые лепестки для Хризантемы.

— Я не говорил ему о Хризантеме! — вздохнул Тамай, мучительно закатив глаза.

— Но там же ножи… — не понял Шоуки. Оба уставились на него. Парню стало совсем не по себе и он добавил. — Странные. Без рукоятей…

— Кузнец что, показывал тебе содержимое шкатулки? — удивился Тамай.

— Нет… — покачал головой Шоуки.

— Ты сам туда полез?!

— Нет! Клянусь! — ужаснулся самой мысли слуга.

— О! — задумчиво произнёс принц.

— Откуда тогда знаешь, что там ножи? — требовательно спросил Тамай.

— Так это же и так понятно, — Шоуки почувствовал себя страшно неуютно. — Такие же, как в том странном коробе у вашей постели. Трудно перепутать с чем-то другим.

— Ты и «короб» открывал? — вскинул бровь мужчина.

— Нет, как можно! Просто внимание обратил, когда пыль протирал, — Шоуки мучительно пытался сообразить что не так он сделал, но не преуспел совершенно.

— И верно, как бы ты замок открыл… — Тамай теперь смотрел так… задумчиво. Ещё и принц от чего-то… Подобрался весь, глаза горят.

— Так… — Тамай отстранился задумчиво. — Сколько у меня таких ножей при себе?

— Таких — ни одного. — Шоуки губу куснул. — Поменьше и без шипа острого три штуки. И ещё пять обычных, метательных.

— Дааа!!! — Амарими едва не подпрыгнул, видя, как вытянулось лицо у Тамая.

— П-простите… — пробормотал слуга, сообразив что сказал что-то не то. Сообразить бы, что именно…

— И давно ты металл… чувствуешь? — уточнил Тамай, беря себя в руки и бросая грозный взгляд на принца, чтобы присмирел.

— С тех пор как начал упражняться с духовной силой, — недоброе предчувствие только усилилось, заставив парня нервничать.

— А почему никому не сказал?

— А разве в этом есть что-то… особенное? Разве не все так… могут? — осторожно уточнил Шоуки, чувствуя, что находится на границе осознания чего-то… большого и немного страшного.

Тамай медленно выдохнул и закрыл лицо ладонью.

Принц хрюкнул, пытаясь сдержать совершенно недостойный приступ истерического хохота

***

Короб, выкрашенный в чёрное и красное, как обычно выкрашивают свои короба бродячие аптекари, пощёлкал и раскрылся, подобно… Нет, на цветок он походил мало, скорее на плод дикого огурца, раскрывшийся по швам и выставивший ряды плотно усаженных в ячейки семян. Разве что семена были стальные и ячейки из ткани, кожи, и тоненьких дощечек. И каждое лезвие не имело рукояти, вместо него торчал удлинённый шип, плавно переходящий в обоюдоострое лезвие. Если так посмотреть, они и правда походили на лепестки. И было их… много. Очень много.

Лепестки Чёрной Хризантемы. Лепестки оружия, уничтожавшего целые отряды мятежников, пиратов, топившее набеги восточников в крови, повинное, как говорят, в гибели многих аристократов, что шли против воли наместника.

В краях, откуда он был родом, этот… набор ножей называли Соцветием Тысячи Клинков, потому Шоуки и не понял сперва, услышав название этого… оружия.

Не менее страшен был и человек, владевший этим оружием. Жнец, Тень за спиной Наместника. Его… господин. Не верилось, глядя на этого человека, что он и есть тот самый… из страшных рассказов.

— Слабое наполнение сосуда это вовсе не то, что отличает тебя от прочих каритов. Да, они способны выбрасывать большое количество духовной энергии, благодаря чему могут поднимать и сдвигать невероятные тяжести, придавать ударам клинков неимоверную разрушительную мощь. В их руках духовная сила — всё равно что тяжёлая дубина, её достаточно сжать покрепче в руках. Но твой духовный сосуд производит то, что подобно швейной игле. Её надлежит держать ловкими чуткими пальцами, направлять точно и всегда знать, где она находится под слоями ткани чтобы не наколоть собственные пальцы. Отсюда и разница в оружии. Посмотри на эти два клинка. В чём их разница? — Тамай выдернул из короба два лепестка, и те повисли в воздухе перед взволнованным Шоуки.

Тот бросил на оба клинка короткий взгляд, присмотрелся к тому что выглядел более… пользованным. Царапины и сколы, следы многократной заточки и попыток заполировать недостатки, второй выглядел совсем новым. Впрочем, основные их различия были совсем не в этом.

— Тот, что старше — сталь с сердечником из небесного железа. Второй… Второй странный. Такой же, как мой клинок. И ваш.

— Верно. Первый сделан по классической технологии. Под руку любого карита. Его просто взять за средоточие баланса, куда и заключён кусочек благословенного металла, сжать, будто палку в пятерне и направлять. Конечно, ты можешь уцепить его за любую другую точку при желании, но это не так удобно ввиду твоих невеликих сил. А второй… Что скажешь о втором?

— Он подвижный… будто живой. Его можно… Можно держать как угодно. Его можно подхватить и за середину края, и за оба острия, и за середину, и ближе к оконечью…