Электронная книга - «Королевство ведьм (СИ)». Краткое содержание книги:
— Как прикажете поступить с ребёнком? — Дождавшись, когда все знатные особы выпьют за здоровье правящего рода, спросила прислужница.
— Бросьте её свиньям. Рабочим людям не стоит знать о появлении загадочного мстителя. — Проговорив это, бургомистр очередным жестом предложила всем собравшимся поднять бокалы. Сейчас, как и всю последующую ночь, они планировали пить только за две вещи — империю и вечное правление нынешней императрицы.
Слова Вигберт всем собравшимся были неинтересны. Её действия и решения говорили сами за себя. Стул, всё это время прочно стоявший под местными Лордессами, зашатался. Если в город и вправду прибыла ревизорша, то вопрос, когда на шею местной хозяйке накинут петлю, оставался лишь за временем, и тем, кого та попутно утянет за собой. Местная аристократия напугана, большинство из местного совета покинут город уже после сегодняшней ночи. Это их единственный шанс не попасть под подозрение, списав тем самым всё на собственную неосведомленность и действие продажных подопечных.
Если умы Лордесс сейчас и вправду были в огне и надеждах спасти собственное благополучие и жизни, то истинные Вигенвагены, напротив, полыхали от счастья и предвкушения. Больше десяти лет некоторые из них добивались данного послабления, ведь до сего дня каждая сделка, будь то покупка или продажа кем-то не из знати или местных жителей, облагалась непомерным налогом на недвижимость. Торговцы не могли купить себе дома, трактиры, производства и прочее. Всё это до сего момента могла себе позволить лишь знать, ну или уж очень недалёкие торгашки, терявшие на возведение и содержание подобных мест огромнейшие деньжищи. Но сейчас всё должно было измениться. Рабыни — животные, как их называли Вигенвагены. Не считаясь с их жизнями, их тянули на север десятками тысяч повозок, тысячами и сотнями кораблей и галер. У рабыни нет чувств, нет семьи, воли или права. Единственное, чем они могли обладать, — это желанием сослужить хорошую службу для своих господ.
Так думали Вигенвагены, но не сами рабы.
Друзья, сейчас книга только-только стартовала, и мне очень сильно нужна ваша поддержка: ваши комментарии, лайки, добавление в библиотеку и, конечно же, награды. Если вам нравится эта книга и её персонажи, то, пожалуйста, поддержите нас печеньками. 10 рублей вполне достаточно, ведь, как говорят на АТ, ваши награды помогают книги с рекламой и продвижением на самой платформе.
С уважением, попрошайка Focsker. ^-^
Глава 9
Не имевшую сил сопротивляться Хому, подхватив за ноги, выволокли на улицу. На её лице красовался свежий синяк, пальцы, пытавшиеся ухватиться за камнем вымощенную дорожку, были переломаны и в большой своей части лишились ногтей.
«Лучше бы и меня убили в той подворотне» — слыша, как визжат который день некормленые клыкастые свиньи, думала подвешенная над их загоном девочка.
— Ну же, кричи, — Тряхнув ту за ногу, гыкнув, потребовала одна из стражниц. — кричи как раньше, чёртова блоха! — Мощный удар в живот выбил из Хомы последний дух, и та, потеряв сознание, обмякла. — Боже, надеюсь, хоть свиньи её костями не подавятся. Эти мелкие крысы вообще ни на что не способны.
Дуновение ветра лишь на мгновение отвлекло внимание стражницы, уже намеревавшейся бросить ребёнка. Мелькнувшая в метре от неё тень, не издавая и звука, несколькими взмахами своего сверкающего клинка отсекла той конечность, а следом и вспорола закрытое кожаной курткой брюхо.
Дитя вместе с кистями стражницы оказалось в руках неизвестной.
— Мои руки, руки!.. Эй, ты чего стоишь, помоги… — Сначала взглянув на отрубленные конечности, а после, обернувшись, попыталась позвать на помощь, находившуюся позади себя соратницу первая.
В лице её подруги по самую рукоять красовался нож. Буквально пробив шлем и череп, он пригвоздил одну из личных стражниц бургомистра к деревянной стене.
— Ну же, — пройдясь ещё раз по брюху упавшей на колени женщины, проговорил Глауд. — кричи. — Повторил тот, когда из её живота на землю стали вываливаться внутренности, и та закричала в последний в своей жизни раз:
— Имперская охотница! — Взревела та, когда лезвие мужчины вместе с бронёй пробило и сердце.
Всего несколько секунд, и по всему огромному участку, принадлежавшему бургомистру, стали загораться факелы и доноситься крики взбудораженной стражи. Завернув дитя в прихваченную по дороге наволочку, так беспечно оставленную кем-то сушиться на улице, Глауд, полностью опустошив свой второй и позаимствованный у змеи третий флакон усиления, со всех ног пустился наутек. По крыше резиденции, на стену, а после с неё в ров. В воду пришлось падать аккуратно, придерживая ребёнка, а после, плыть надеясь что та не захлебнется, затем выбравшись на сушу, вновь бежать, петляя тёмными улочками, требовалось спрятаться от поднявшихся в воздух ведьм. На ноги были подняты все патрули, казалась, вся стража этого города была поднята на уши, принявшись проверять все близлежащие к бургомистру постройки и дома.
«Сегодня я превзошёл даже самого себя, так беспечно разворошив самое настоящий осиное гнездо». — Когда мелькавшие огни остались далеко позади, глядя на маленькое бессознательное тельце в моих руках, подумал я.
Как бы девочка не старалась уберечь своего медведя, белое пузико испачкалось её же кровью. Одна из пуговок на глазу отлетела, сделав из игрушки настоящего калеку, на коего, в принципе, была похожа и его хозяйка. Не придумав ничего лучшего, я затянул её в подвал одно из соседних домов, вытряс той в рот последние капли оставшиеся во флаконе исцеления, а после, усадив на кусок какой-то ткани, нарисовал напротив неё кривую рожицу с приставленным к губам пальцем, тем же, что она видела в подворотне. «Надеюсь, она поймёт».
— Прости… — Донёсся едва слышный голос девочки, явно незнающей, когда стоит открывать свои глаза, а вместе с ними и рот. Глупое дитя, неужели до неё до сих пор не дошло! — Ты спасла Хому, а Хома оказалась дурой и испугалась тебя, а ещё Хому, убьют, ей некуда бежать. Если она выйдет на улицу и пойдет к сёстрам, их тоже убьют. Все умрут из-за Хомы. — «Или, может, не такое уж и глупое?». Притащить самого разыскиваемого ребёнка в городе домой я не мог. Полноценно объяснить той, как себя вести, где прятаться и прочее тоже. Не дай бог та каким-то образом вспомнит или запомнит мой голос, даже измененный, — могут быть проблемы. Вечно подкармливать ту и прятать в этом сыром подвале я тоже не мог. Ну за что мне это всё? Зачем я полез спасать это несносное дитя? Каждый день в городе гибнут десятки рабов, женщин, мужчин и их детей, и мне не было до них никакого дела, а тут…
«Рабы…» — Посетившая мою голову коварная мысль была крайне рисковой и опасной, не такой, как моя вылазка в одно из самых охраняемых мест города, но всё же. Благодаря им я мог заручиться тем, чего мне не хватало, а именно поддержкой. Сейчас на моей шахматной доске было всего несколько фигур. Одна самая сильная и весомая была моей, другая — менее значимая и почти бесполезная, родственная фигура, но семьей жертвовать на игровом поле я тоже не планировал. Мне требовались пешки, те, от кого я без зазрения совести мог избавиться, и на ум приходили лишь рабы. По городу могли бродить не многие из них. В основном их не выпускали из цехов, рабочих подвалов и их же ночлежек, но это что касается проданных. Другие же, раздетые догола, что создавало дополнительные сложности для побега, ждали своей участи в портовых складах на суше или же на своих ожидавших очереди на разгрузку кораблях, находившихся в море. О безвозмездной помощи последним речи и быть не могло: далеко, геморно, неблагодарно, а вот портовые рабы могли сыграть мне добрую службу.
Покопавшись в голове мальца, кроме всем известной информации я так ничего и не нашел. Да и откуда мальчишке его возраста знать о патрулях и их числе, тем более в районе знати, где тот был всего с пару тройку раз…
«Он ведь там был! Чёртова школа находится именно на этом сраном знатном берегу! Всё для ленивых и зажравшихся паршивцев. И самые свежие продукты только с моря, и учёба под домом, и до резиденций папки с мамкой рукой подать… Блестяще» — Всего одним легким движением можно было взорвать весь этот город к чёртовой матери. Всего-то и нужно накалить обстановку в массах, поднять бучу, вынудить городские власти стянуть свой резерв на противостояние с местными, а после освободить рабов, позволив тем выплеснуть скопившееся недовольство на головы своих хозяев. Идеальное преступление. Так, действуя из-за кулис, я мог добиться свержения местной власти и выдвижения той же с легка туповатой Хельги в местные органы управления, ведь, когда всё утрясется, озлобленный народ с большей радостью пойдет за кем-то из его кругов, чем за очередной аристократкой, доверия к коей нет абсолютно никакого.