Бонус - любовь (СИ)

— Иди, идти принимай своё новое рабочее место, а я побеседую с твоим братом, — милостиво отпустил ее шеф, улыбаясь своей самой очаровательной улыбкой.

— Но… — пытается возразить Ульяна и с тоской смотрит на меня. Боится, бедная, что я провалю собеседование.

— Не бойся, я его не съем, — видя ее смятение произносит Глеб и задорно подмигивает ей одним глазом. — Или ты перехотела в рекламный отдел?

— Нет… да… нет… да… ладно я пойду работать, — соглашается девушка. Поворачивается ко мне лицом и произносит одними губами:

— Веди себя прилично, — делаю самое покорное лицо в знак согласия.

Ульяна еще раз окинув нас взглядом, быстро удаляется стуча своими каблучками по паркету. Глеб провожает ее взглядом, прилипнув глазами к ее стройным ножкам. Всегда был бабским угодником и сейчас туда же, раздраженно пронеслось в голове.

— Глеб Иванович, Вы пригласите меня в свой кабинет? — прерываю я созерцание друга на женские прелести, произношу делая ударение на отчестве.

— Ульяна уже ушла, можешь больше не кривляться, — оборачивается ко мне приятель, делает несколько шагов и крепко обнимает меня. После нескольких похлопываний по плечу отпускает и осматривает меня с ног до головы. — Здорово, Ник. Вот это встреча! Никак не ожидал встретить тебя в наших краях!

— Привет, дружище! Сам в шоке! Но тебя очень рад видеть! — обнимаю Глеба. — Пошли в кабинет, чтобы нас никто не запалил.

— А теперь будь любезен расскажи, что здесь происходить? — присаживаясь за свой рабочий стол, интересуется друг.

— Что даже кофе не предложишь? — устраиваюсь на кресле напротив Глеба.

— Нет, это точно не Королев! Тот попросил бы что покрепче! Эй, дружище, ты куда дел Никиту?! — с иронией произносит Иванов.

— Расслабься, это я! И «что покрепче» мы с тобой выпьем, вот только не сегодня. Так кофе будет, а то мой рассказ длинный, — усмехаюсь я.

— Даже боюсь предположить, что у тебя такого случилось, что я имею возможность встретить «главного тусовщика» так далеко от мегаполиса, — задумчиво говорит Глеб. — Надеюсь у твоего бати дела идут хорошо, вы же не разорились?! Хотя, о чем я?! Даже если очень сильно захотеть не сумеешь спустить за одну жизнь все что заработал твой родитель! Так в чем дело?!

— Ты сначала попотчуй гостя, а потом допрос устраивай, а то так спешил на новое место работы, что даже не успел и глоточка живительной жидкости сделать, — кладу локоть на стол и облокачиваю на него голову.

— Будет тебе кофе, не переживай, — нажимает на селектор и заказывает нам не только напитки, а полноценный завтрак.

— … ну как-то так… — насытившись и выпив не по одной чашке, заканчиваю я свой рассказ.

— Смотрю на тебя, уже взрослый детина, а привычки не меняются, — смеется друг. — Как был пять лет назад оболтус, так таким же и остался. Я частенько вспоминаю наши закидоны. Чего только стоит соблазнение преподавательницы по классической английской литературе. Помнишь, как мы с тобой поспорили кто ее первый замутит, а наша шутка над Рыжим, когда мы ему проститутку заказали. А когда на корейской вечеринке, после того как все съели стейки из говядины, мы показали им милое видео с собачками и сказали, что котлеты были из них, помнишь, какая очередь образовалась в уборную?!

— А помнишь, как мы с тобой не подготовились к экзамену и перемазались зеленкой, а всем сказали, что у нас ветрянка, и нас отправили с тобой на две недели на карантин, — вспоминаю я и начинаю улыбаться. Да… отличное было время, как только мы не чудили с Глебом.

— Ладно, воспоминания хорошо, но что мы будем делать с твоей ситуацией? — потирая подбородок произносит товарищ. — Слушай, Ник, а переезжай ко мне, поживешь у меня до конца спора. Мы с тобой отлично оторвемся! Знаешь сколько здесь красивых цыпочек, не меньше, чем в столице.

— Извини, друг, но я вынужден отказаться. Я за честный выигрыш, не хватало еще, чтобы потом меня обвинили в подлоге. Так что поживу у Ульянки, при том мы с ней вроде уже притерлись.

— Как раз хотел спросить? — как-то мнется друг. — У вас с Лисицыной какие-то отношения?

— С кем? — непонимающе смотрю на товарища.

— С Ульяной, — выпаливает он.

— С Рыжулей? — уточняю я. Когда Глеб положительно кивает, начинаю ржать в голос. — У нее фамилия Лисицына?!

— Да. А ты что не знал? — удивленно произносит Иванов.

— Как-то случай не представился, — не унимаюсь я. — Слушай, а ей эта фамилия очень подходит! — продолжаю смеяться. — Так что ты хотел спросить про Лисичку?

— У меня на нее планы, — серьезным голосом произносит Глеб и смотрит мне в глаза, — хочу заранее обозначить границы. Так как?

— У меня с Ульяной ничего нет, вынужденные соседи. Я, конечно, очень благодарен Рыжуле за то, что меня приютила, и я непременно отблагодарю ее за этот поступок, но девчонка не в моем вкусе, — произношу эти слова и почему-то сам себе не верю. Что-то теплое и приятное разливается в груди, как подумаю о Лисичке. Хочется огородить ее от всякого рода неприятностей, видеть на ее лице открытую улыбку. Это наверно признательность за то, что не бросила меня в трудную минуту. Точно! Только поэтому!

— Это хорошо. Теперь ты знаешь, что я имею на Ульяну виды. А то соперничать с тобой мне не хотелось бы, но и девчонку эту я никому не уступлю, — произносит Глеб.