Спаси меня, если сможешь

— Чего ты пришел? — немного раздраженно спрашиваю у него. Меня волнует его близкое присутствие, а их острый разговор немного раздражает.

— Хотел тебя увидеть и поговорить, — серьезно отвечает, улыбка исчезает с его лица.

— Я на работе, — быстро говорю. — И нет времени.

— Тогда я подожду, — уверенно говорит парень и по глазам его вижу, что он не шутит. — До какой работаешь?

— До одиннадцати.

Справившись со своей работой, Тамара снова подходит к нам. Она придирчиво смотрит на парня, прищурив глаза. Изучает его. Потом она довольно хмыкает, словно увидела то, что хотела, и отходит к стеллажу, начинает поправлять товар на полках.

— Надежда, если хочешь иди раньше, — смотрит на меня быстрым взглядом напарница. — Я тебя отпускаю. Ты хорошо справилась, и я довольна твоей работой.

От неожиданности открываю рот. Тамара никогда никого раньше не пускает. Что она увидела в Давиде такого, что так резко передумала?

Быстро беру свои вещи, пока Тамара не поменяла решения, и попрощавшись выхожу из магазина. Давид идет следом. Я вдыхаю свежий вечерний воздух. Уличные фонари освещают нам путь и мы медленно двигаемся по тротуару. Давид идет рядом, его рука время от времени зацепляет мою руку и от этих прикосновений чувствую легкое волнение. Я не спрашиваю, куда мы идем, не уверена, что даже он это знает. Мы просто прогуливаемся по вечернему городу, наслаждаясь тишиной и присутствием друг друга.

— Почему ты не зашла попрощаться? — вопрос застает меня врасплох.

— Я не знаю, — отвечаю, не придумав ничего разумного. — Я не была уверена, нужно ли. Мы ведь даже не друзья.

— Но я тебя ждал, — откровенно признается с грустью в голосе. — Надеялся, что ты придешь.

Я удивленно смотрю на покрытое тенями лицо парня. Где делась его самоуверенность, его наглость? Сейчас вижу рядом совсем другого человека.

— У тебя было достаточно посетителей и без меня, — холодно отвечаю, вспоминая его девушку.

— Лара тогда появилась довольно не вовремя, — с сожалением говорит Давид и грустно улыбается.

— А я считаю, что как раз наоборот, — резко останавливаюсь, он неуверенно оглядывается на меня. — Кто знает, чем та встреча бы закончилась.

— Твоя риторика изменилась, — с ноткой надежды говорит парень и подходит слишком близко. — Теперь ты не так категорична.

Я задерживаю дыхание, его близость волнует меня, хоть и не желаю этого. Отхожу назад, стараюсь держаться от него подальше.

— Лучше пусть остается все, как есть, — дрожащим голосом говорю. — Не надо делать глупостей.

— Ты себе не представляешь, как я хочу их сделать, — растягивает слова Давид и победоносно улыбается.

Он видит, что я по-другому к нему отношусь, замечает мое смятение. И это знание приносит ему уверенность. Он снова сокращает между нами расстояние, так близко, как тогда в тайнике на горе. Его дыхание щекочет кожу на лице. Где делось мое безразличие к нему? Почему сердце так трепещет от его горячего взгляда?