Другая Тетрадь Смерти (СИ)

Иначе я передумаю, и тогда уж точно ничем не смогу больше помочь. Только буду мешаться под ногами. А если Рюдзаки начнет пользоваться Тетрадью… Что-то мне подсказывает, что у него хватит на это решимости…

Нет, мне нельзя ломаться сейчас, а значит, и ему тоже.

Поэтому я продолжала обнимать детектива, пытаясь принести ему утешение и спокойствие дружеским поглаживанием по плечу. Рюдзаки не шевелился и продолжал молчать, низко опустив голову.

В этот момент телефон детектива зазвонил, и я резко отстранилась, разрушая возникшее было чувство спокойствия и равновесия, села поодаль, наблюдая, как Рюдзаки отвечает на звонок, держа телефон двумя пальцами и намеренно избегая смотреть на меня.

Я с удивлением заметила, что он смущён.

Но чем? Тем, что я просто его обняла?

У него вообще есть кто-нибудь?! Семья, друзья, те, кто мог бы утешить его в трудную минуту, как это делала сейчас я? Как он вообще раньше жил? Не стал же он прямо с малых лет ловить преступников, завоёвывая уважение всех спецслужб мира?!

Хотя… может, именно так он и жил. Он так не похож на других известных мне парней. Он почти мой ровесник, но напоминает собой существо из другого мира.

Он словно ребёнок. Гениальный и опасный ребёнок.

Наверное, поэтому я безмерно восхищаюсь им. И боюсь за его жизнь.

Странно, ведь я совсем не люблю его, а веду себя, как…

— Да? — ответил Рюдзаки, включив вызов. Его голос был совершенно спокоен, но глаза расширились от удивления. — Что ты имеешь в виду, Айзава? Что значит «странно»?.. Понятно. Я сейчас же иду туда.

Он положил телефон в карман и взглянул на меня.

— Айзава сказал, что Амане Миса заговорила.

— Да? — удивилась я, отбросив в сторону свои непрошеные мысли. — И что она сказала?

— В том-то и дело, что её слова — это сплошной бред, — Рюдзаки нахмурился. — Я не понимаю, что происходит, Харука. Думаю, тебе стоит пойти со мной. Возможно, ты сможешь заметить то, чего не заметил я. И где шинигами?

— Э… Он опять где-то шастает, — выдавила я.

— Уррий ведь знает гораздо больше, чем ты, верно? — Рюдзаки встал с дивана и подцепил одно из принесённых им пирожных.

— Да, но… Он не горит желанием помогать мне, — виновато сказала я. — От него мало толка, Рюдзаки. Богам смерти нет дела до человеческих проблем.

— Тогда мне придётся заставить его говорить, — Рюдзаки сжал руку в кулак. — А сейчас — идём.

Он быстрым шагом направился из комнаты, и я вскочила с дивана, следуя за ним.

Сейчас следовало сосредоточиться на расследовании, а не личных переживаниях. Ведь, если повезёт, Лайт скоро окажется за решеткой и больше никто не умрёт.

Никто не умрёт.

========== Девятая часть. ==========

Амане Миса сейчас находилась в том же незавидном положении, в каком недавно находилась я сама — в камере пыток, прикованная к креслу и с завязанными глазами. Я не без сострадания глядела на девушку, зная, какие мучения она сейчас испытывает.

— Убей меня, — внезапно сказала Миса, — пожалуйста, убей меня.

— И вот так она уже несколько минут повторяет, — сказал Айзава.

— Ясно, — Рюдзаки сел в кресло, задумчиво глядя в камеру.

— Я ведь знаю, что ты можешь быстро убить меня! — закричала Миса.

— Кому она это говорит? — спросил Рюдзаки.

Я поняла, что он обращается ко мне.

— Похоже, что именно тебе и говорит, — сказала я в ответ.

Уррий, по моему негласному приказу, держал рот на замке. Я не хотела, чтоб Рюдзаки всё понял раньше времени. Если сюда придёт Лайт, а он обязательно придёт, он сразу поймёт, откуда детективу всё известно, и убьёт меня, как только представится момент.

А Рюдзаки и сам может понять, с кем именно говорит Миса. Она — второй Кира, несложно догадаться, что бог смерти сейчас находится с ней.

Бог смерти! Рем!

О, Боже!

Я скрюченными пальцами вцепилась в обивку кресла, рядом с которым стояла.

У неё же есть Тетрадь!

Она же может написать имена всех участников расследования в любой момент, желая защитить человека, к которому привязалась! В любой момент!

— Харука, в чём дело? Вид у тебя встревоженный, — сказал Рюдзаки, покосившись на меня.

— Не бойся, она этого не сделает. Слишком подавлена, — сказал Уррий за моей спиной. — К тому же, есть гораздо более лёгкий способ избавить девчонку от страданий.

— Харука? — Рюдзаки прищурился, избегая смотреть на Уррия.

— Я… я только что поняла кое-что, — неуверенно сказала я. — Кажется, Амане Миса просит Киру, чтобы он её убил, потому что не хочет его выдавать.

— Убей меня, пока я еще молода и красива, — сказала Миса, — сейчас я умру счастливой.

Я подавила желание хлопнуть себя по лбу.

— Или она просит о смерти вовсе не Киру… — задумчиво сказал Рюдзаки.

— Рюдзаки, если Ватанабэ — Кира, то сейчас мы обязаны не спускать с неё глаз, — с напором сказал Ягами-старший.