Адепты Владыки: На Тёмной Стороне

Спускался вниз, ступая максимально тихо. Но пол, засыпанный обвалившейся штукатуркой, не давал делать это абсолютно бесшумно. В ночной тишине внизу меня вполне мог ждать враг. За это время мужик уже, скорее всего, оклемался и сейчас стоит где-то за углом с монтировкой.

Или нет. На первом этаже я никого так и не нашёл, и из-за угла так никто и не напал. Даже немного расстроился по этому поводу. Слишком уж просто всё вышло. Не привык я к такому. Испытания в лаборатории по сложности иногда превосходили это задание в десятки раз. А когда состоял в уличной банде, периодически приходилось драться одному против целой толпы. Обо мне многие знали и потому частенько устраивали засады. Но, так как я всё ещё жив, можно догадаться о том, чем это всё заканчивалось.

Впереди показалось несколько силуэтов, которые я не сразу заметил, углубившись в свои мысли. Но тело отреагировало быстро. Уже через пару мгновений я сидел за какой-то грудой металла, что оставили валяться на обочине дороги.

Довольно много народа. Человек шесть. Это что, подкрепление? Но как-то уж слишком вальяжно они идут. Не похоже, чтобы они торопились. А ещё их там на самом деле семь. Один из них ведёт какого-то ребёнка. Неужто мне сейчас повезло и эти люди сами привели ко мне мою цель? Даже не верится в такое благоприятное стечение обстоятельств. Такие совпадения бывают лишь в красивых историях, когда автору лень писать книгу как надо. Жаль, что мне не видно лица человека, которого ведёт эта толпа мужиков. И проблема тут не только в том, что процессия находится всё ещё довольно далеко от меня, и не в том, что сейчас ночь. А в том, что на голове пленника надет чёрный мешок. Я даже понять не могу, паренёк это или девчонка. Может они схватили какую-то девочку и ведут её в заброшенный склад, чтобы поразвлечься?

“Толпа педофилов”, — заочно окрестил я этих людей, из-за чего цвет их аур слегка сдвинулся в оранжевый спектр.

В любом случае, стоять в стороне я не намерен. Нужный ли это парень или нет, но я обязан узнать, что тут происходит. Не собираюсь сидеть и смотреть, как кто-то издевается над детьми. Пусть я уже начал забывать, что значит быть ребёнком, но я всё ещё помню, как пренебрежительно старшие ко мне относились. Быть несовершеннолетним трудно. Родители возлагают на тебя чрезмерно большие надежды, а окружающие тебя другие взрослые ни во что не ставят. Вообще, в моем детстве было слишком много всего плохого, чтобы это вспоминать. Даже о лаборатории я думаю с более тёплыми чувствами, чем о своей юности. Пусть там меня и считали лишь подопытным кроликом, но зато я чувствовал свою важность.

Вышел на центр дороги и пошёл навстречу эскорту. Заметив меня, мужики ощетинились, а двое из них даже достали пистолеты. Пока наставлять не собираются, но явно приготовились пустить оружие в ход, если потребуется. Когда подошёл ближе, понял, что ведут они всё же парня. Жаль у него на голове мешок, и я не могу точно понять моя это цель или нет.