Семья напрокат, или Младенец по завещанию

Мирослава

— Что это? — спросила, с ужасом смотря на черное пятно на потолке.

— А куда ты дела свои вещи, Ласка? — В голосе Соколова не было вопросительных ноток. Словно он уже знал ответ наперед.

— Постирала, — пискнула я и тут же сорвалась с места.

Мирослав побежал следом за мной. Уже на подступах к комнате, я увидела на полу воду.

— Кошмар, — протянула я и застыла на месте.

Оглянулась на Соколова, тот разулся и уже снимал носки. Ты посмотри на него. Ножки намочить не хочет.

Мирослав зашел в комнату, а я так и осталась стоять на месте. Заглянула в дверной проем и, наверное, бы ужаснулась от количества грязной воды на полу, если бы не была так эмоционально истощена.

Рука все еще болела, а в груди была дыра, через которую из меня словно выкачали все силы.

— Ты так и будешь там стоять? — послышался раздраженный голос Соколова.

— А что мне еще делать? — все же на цыпочках дошла до двери и попыталась разглядеть, что же там творилось в ванной комнате.

Сколов раскидывал по полу полотенца. Он, что это серьезно?

— Принеси мне еще полотенец из соседней комнаты и позвони вниз в лобби зону.

— Куда?

— На входе висит трубка для связи с нужным персоналом, Мира. Вызови уборщиков.

— Ты уверен, что не сантехников?

На всякий случай переспросила.

— Уверен, Мирослава. Вся вода, которая могла вылиться уже вылилась, и машинка закончила стирать твои, как я полагаю, трусики.

Соколов нагло улыбнулся, а у меня вспыхнули, наверное, даже уши. Мужчина в тазик выжал воду с полотенца и опять бросил его на пол, затем поднял второе и все повторил. А я засмотрелась на руки Соколова, он закатал рукава рубашки и теперь, когда он напрягал руки, на них проступали вены и это было… красиво.

Мужчина начал поднимать голову, а я только тогда сообразив, что пялюсь на него, когда не мешало бы помочь, отскочила от дверного проема и побежала исполнять указания.

Сначала притащила ему гору белоснежных полотенец, которые было безумно жаль, а потом поспешила вниз. С вызовом персонала тоже возникли трудности, я ведь не знала номер апартаментов мужчины, хорошо хоть этаж запомнила, так же, как и правильную фамилию «хозяина» всех этих квадратных метров.

На уборку пришли три опрятные женщины среднего возраста, а Мирослав сразу же спустился вниз, я к этому моменту уже достала из духовки запеканку и начала раскладывать еду по тарелкам.

— На, возьми, — Мирослав положил что-то черное на широкую барную стойку.

— Это? — подошла и аккуратно протянула руку, к черной ткани.

— Раз уж тебе так понравилось в моей одежде, то штаны тебе не помешают.

Да, это были штаны, я поджала губы.

— Пробовала я уже одевать твои штаны.

— Да, я видел, — скривился Соколов, — Мои любимые пижамные штаны. Они на резинке, а эти на завязках, так что не должны с тебя свалиться.