Мюнхен 1938: падение в бездну Второй мировой

Бенеш поддавался этому давлению, и его пока не покидала мысль о возможности договориться с Германией, что явствует из его беседы с Александровским в конце апреля[33]. Москва была встревожена возможным сближением Чехословакии с Германией. Эти опасения нашли отражения, в частности, в статье «Известий» от 16 мая 1937 г., посвященной второй годовщине подписания Договора о взаимной помощи между СССР и Чехословакией. В ней, помимо прочего, говорилось: «Чехословакия, имеющая общую границу с фашистской Германией, вряд ли сможет отстоять свою безопасность и независимость, опираясь на свои собственные силы. Только в рамках коллективной безопасности и опираясь на свои соглашения о взаимной помощи с Францией и Советским Союзом, Чехословакия может отстоять свою безопасность»[34]. Несомненно, понимал это и Бенеш. Одновременно с попыткой улучшить отношения с Германией Чехословакия нащупывала возможность укрепить добрососедские отношения с Венгрией и Польшей. Но и здесь положительных результатов достичь не удалось: и та, и другая страна имели территориальные претензии к ЧСР, и вслед за Германией усилили критику положения венгерского и польского меньшинств в Чехословакии.

Во второй половине 1937 г. внешнеполитическая ситуация Чехословакии по — прежнему оставалась сложной. Все свидетельствовало о том, что ЧСР должна стать первой жертвой амбициозных планов Гитлера, нацеленных на полное господство в Европе. Их осуществление он намеревался начать с ее центральной части, и конкретно с Чехословакии. В своих расчетах фюрер исходил из того, что ни Англия, ни Франция, опасаясь начала войны, к которой они не были готовы ни психологически, ни материально, не станут защищать ЧСР. И в этом он, как показали дальнейшие события, оказался прав. 19 ноября высокопоставленный английский чиновник и политик лорд Эдуард Галифакс во время частной поездки в Германию «на охоту» встретился в Оберзальцберге с Гитлером. Беседуя с фюрером, он дал понять, что при условии сохранения целостности Британской империи английские правящие круги готовы предоставить ему свободу рук в Австрии, Чехословакии и Данциге. Условием являлось лишь то, чтобы эти «изменения европейского порядка были произведены путем мирной эволюции». Одновременно Галифакс подчеркнул, что Германия по праву может считаться «бастионом Запада против большевизма»[35].