Белорусские земли в советско-польских отношениях

В составе первого советского правительства был создан Народный комиссариат по делам национальностей (Наркомнац), который возглавил известный в партии как специалист по национальному вопросу Сталин. Созданный в ноябре 1917 г. во ВЦИК отдел по национальным вопросам, руководителем которого был назначен М.С. Урицкий, просуществовал до конца декабря и был слит с Наркомнацем.

Наркомнац, состоявший из ряда комиссариатов (польского, литовского, мусульманского, еврейского, армянского, белорусского и др.), и отделов (киргизского, марийского, украинского и др.) способствовал организации национальных республик и областей, проводил работу с национальными кадрами, подготавливал программные документы по национальным отношениям, участвовал в формировании национальных частей Красной армии149.

Сразу же после революции Советом народных комиссаров РСФСР было принято решение о признании независимости Польши и Финляндии. Что же касается остальных территорий страны, то там создавались советские республики на основании как национального (Украинская, Молдавская и др.), так и территориального (Одесская, Донецко-Криворожская и др.) принципов. Таким образом, большевики без промедления приступили к реализации одного из принципов своей партийной программы в области национальной политики.

Большевики в Белоруссии опирались на местный пролетариат (весьма немногочисленный), революционно настроенных солдат Западного фронта (около 1 млн человек) и беднейшую часть крестьянства (значительно увеличившуюся в результате военных действий и вызванной ими разрухи). После Февральской революции и до осени 1917 г. большевики сотрудничали с меньшевиками и бундовцами в объединенных социал-демократических организациях150. Самыми известными из местных лидеров РСДРП(б) были М.В. Фрунзе (Михайлов), А.Ф. Мясников, В.Г. Кнорин, К.И. Ландер, И.Я. Алибегов. В национальном вопросе они исходили из общих установок партии и в первую очередь – из интересов «классовой борьбы за социализм». Большевики стремились поддержать левое течение в белорусском движении, чтобы направить его в русло революционной борьбы. Учитывая, что БСГ объединяла различные слои белорусского общества, они считали целесообразным сотрудничать с ней на социальной основе. Как вспоминал позднее Кнорин, «Минский Совет и его большевистское большинство на протяжении всего лета относился очень положительно к работе белорусской Громады, хотя у нее и не было представительства в Совете. На массовых собраниях предоставлялось слово А. Смоличу, П. Бодуновой и другим лидерам Громады… Ухудшение отношений между Советом и белорусскими организациями началось с того времени, когда в белорусском движении стали главную роль играть правые элементы и белорусское движение приобрело характер буржуазного сепаратизма»151.