Хозяйка тринадцатой тьмы

— Извините! — окликнула проходящую мимо меня парочку.

Они остановились и дружно повернули ко мне головы. Женщина смерила меня изучающим взглядом с макушки до новеньких кроссовок, а мужчина подозрительно сощурился, и в его глазах промелькнуло узнавание.

— Ирина?

— О! Так вам известно не только о моём существовании, но и то, как меня зовут? — с полуоборота завелась я, потому что накручивала себя всю дорогу до этого офисного центра и все те пятнадцать минут, которые топталась здесь в ожидании.

— Не знаю, что ты хочешь этим сказать, но мы торопимся, извини, — сообщил «папочка», бросил короткий взгляд на дорогие наручные часы и потянул спутницу за локоть вниз по ступенькам.

Я открыла рот, лихорадочно соображая, что делать дальше, потому что разозлить-то себя разозлила, но план действий, как обычно, не продумала. А они уходили.

— Подождите! — ринулась следом, преградила путь и припечатала к пузу объекта моей злости фотоснимок. — Нам надо поговорить!

— Нам? — мужчина скептически выгнул бровь, посмотрел на фото и нахмурился. — Это что? Кровь?

— Это я поранилась нечаянно, — соврала я и забрала у него снимок. — Ну так что? Вы уделите мне капельку своего драгоценного времени или снова вышвырните из своей жизни, как сделали это девятнадцать лет назад?

— Я тебя никуда не вышвыривал. Все свои претензии можешь матери предъявить, а у меня нет на это времени.

— Боря, подожди, — как-то странно посмотрела на меня его спутница, и я заметила, что голубоватые волокна её дара потянулись ко мне.

Я понятия не имела, в чём этот дар заключается, но, кажется, тётенька знала о нём и умела им пользоваться. И «папочка» знал, поэтому поджал губы, бросил на меня недовольный взгляд, но попытки удрать прекратил. Только на часы постоянно посматривал и недовольно морщился — видимо, и правда торопился.

Зато я никуда не спешила и с интересом наблюдала за тем, как чужой дар «прощупывает» мою защиту. Так слепой щенок тычется носом в мамкино пузо в поисках источника пищи. Потыкался и убрался восвояси, а в глазах тётки промелькнули уважение и заинтересованность.

— Зачем ты приехала? — снизошла она наконец-то до более эффективного в моём случае способа коммуникации.

— За правдой, — сообщила я ей и повернулась к её нервному спутнику. — Вы действительно мой отец?

— Отец? — у него глаза на лоб полезли. — Вы там всей семьёй что ли из ума выжили? Я твой дядя! Старший брат той дуры, которую ты называешь матерью!

— Боря, успокойся, а то опять давление подскочит, — погладила женщина его по руке. — Девочка, ты извини, но мы и правда торопимся. У нас переговоры важные. Приезжай к нам вечером, тогда и поговорите, хорошо?

— Я не знаю, где находится это «к вам», — сдулась я.