СССР: от сталинского восстановления к горбачевской перестройке. Вторая половина 1940-х – первая половина 1980-х гг.

«Психологическая война, — отмечалось в этой Директиве, — чрезвычайно важное оружие для содействия диссидентству и предательству среди советского народа; она подорвет его мораль, будет сеять смятение и создаст дезорганизацию в стране.

Широкая психологическая война — одна из важнейших задач Соединенных Штатов. Основная ее цель — уничтожение поддержки народами СССР и его сателлитов установившейся в этих странах системы правления и внедрение среди них сознания того, что свержение Политбюро в пределах реальности»[135].

Уже в конце 1940-х гг. западными спецслужбами ставится задача формирования в странах советского блока «агентов влияния», социальной и идеологической базы поддержки. Решение этой задачи предусматривалось в рамках так называемой разработанной программы «проект демократии». О. А. Платонов указывает, что «широкомасштабная помощь предполагалась тем кругам в СССР и в странах Восточной Европы, которые находились в оппозиции к правящему режиму, в виду предоставления денежных средств, вооружения, типографского оборудования, налаживания среди населения подрывной деятельности в этих странах и осуществления тайных операций вплоть до физического устранения неугодных лиц»[136].

Таким образом, планировались не просто акции пропагандистского характера — идеологическая диверсия имела совершенно определенные позиции. Первая — это гласные формы: радиопропаганда, печать, телевидение, которое ловко и умело использовали просчеты и ошибки лидеров партии и государства, сопровождая свои комментарии потоками лжи и клеветы и призывая людей к открытой борьбе с существующим режимом. Вторая — закрытая деятельность: поиск сообщников, объединение их в группы, оказание им материальной помощи, с тем чтобы они создавали внутри страны так называемые очаги сопротивления, которые способны были бы в нужный момент выступить, поддержать тех, кто возьмет на себя смелость начать открытую борьбу против существующего строя[137].

Одним из пионеров психологической войны был Аллен Даллес, понимавший ее роль и значение в деморализации противника. Он говорил: «Ставя перед собой задачу, одержать победу в неортодоксальной войне с Советами, я полагаю, что мы, американцы, должны пренебречь государственными границами и установить контакты непосредственно с отдельными людьми или группами в зарубежных странах»[138].