Изыскатель

— Если погибну, то ты должен уйти и добраться до Гербера и ему все рассказать, — сделал наставление своему питомцу, стреляя короткими очередями по приближающемуся вражескому голему.

У того хорошая защита, пули вязнут перед ним и меняют направление. Тем не менее, я продолжаю жечь патроны, надеясь, что запас энергии у муравья иссякнет. Пулемет замолкает, нет в нем больше зарядов. Подхватив автомат я выпрыгиваю из кузова и припав на колено выцеливаю врага. Выстрелить не успеваю, несколько ледяных копий пронзают вражеского голема. В горах звучат одиночные выстрелы, защита вокруг меня исчезает, а Жейдер докладывает:

— Угроза ликвидирована, у меня два процента энергии, к нам подмога пришла. Валена их привела.

— Вот и славно, — шепчу я и приваливаюсь к колесу джипа.

Оружие положил на колени, но из рук не выпустил. Наблюдаю, как ко мне спешит Громов и байкерша, которых сопровождают несколько военных, водящих в разные стороны стволами автоматов.

Настроение ниже плинтуса, нет радости от удачного исхода боя. Шестерню не вернуть, парень умер, его источник перераспределил все жизненные силы на восстановление повреждения головы и не обращал внимания на другие раны. Что это за сбой? Как так получилось и не моя ли в этом вина? Селезенку-то поместил в кокон, который мог ввести в заблуждение магию парня. Но с другой стороны у меня не имелось выбора.

— Стас! Не стреляй! Свои! — проорал Громов.

Я отбросил от себя автомат, а потом еще и ногой его отшвырнул, после чего встал. Святогор пока держится, но и он на грани.

— Быстрее! — вяло махнул рукой.

Роман Омарович подошел ко мне держа девушку за локоть, двое стражей раскрыли ранцы и что-то делают Святогору.

— Когда ты прекратишь совать нос не в свои дела? — вместо приветствия, заявил Громов.

— Это вместо спасибо? — криво улыбнулся я.

— Ладно девушка, перенесла стресс, растерялась, бросилась к тебе за помощью, — продолжил Громов, — ей простительно! Но ты-то мог понять, что в таких делах необходимо сообщать руководству!

— Так я же вам не подчиняюсь, — покачал я головой. — Знать не мог, что тут происходит и пошел помочь раненым. Вопрос в другом, как это вы до такого допустили?

— Не перекладывай с больной головы на здоровую, — отмахнулся Роман Омарович. — Тебе еще перед брошенными девушками оправдываться. Учти, если они объединят усилия, то тебе не позавидуешь. Кстати, за кое-какие моменты им уже можешь спасибо сказать.

— Господин Громов, ранение тяжелое, необходимо отправить в целительский центр восстановления, — подошел к нам один из тех, кто диагностировал Святогора.

— Действуйте, — коротко приказал страж.

— Стас, что с Шестерней? — испуганно посмотрела в сторону выжженного круга на сухой плантации, Валена.

— Ничего не смог сделать, — тяжело вздохнул я, — раны оказались смертельными.