Бессмертный корабль [Рассказ о краснознаменном крейсере «Аврора»]

Лукичев возвращается только в полдень.

— Военно-революционный комитет приказал передать вот что, — докладывает он, войдя на мостик. — Первое: выделить несколько небольших отрядов и время от времени посылать их на разведку в центр и к Зимнему. Второе: ввести непрерывную вахту на корабельном радиотелеграфе. Третье: отрядить пятьдесят человек для охраны Смольного. Комендантом туда назначен Мальков с «Дианы».

— Мой годок! — обрадованно заявляет Захаров. — Из экипажа на бригаду вместе были назначены в одиннадцатом году. Твердый человек. Серьезный.

— Два наших отряда уже на берегу. Хорошо, пошлем еще два, — говорит Белышев. — А для Смольного назначит Липатов. У него список строевых. Действуй, Тимофей.

— Сейчас выделю.

Липатов достает из кармана бушлата лист бумаги, с двух сторон испещренный фамилиями моряков.

— Кого видел? — интересуется Белышев.

Лицо Лукичева сияет:

— Самого Ленина — вот кого!

Моряки теснее сдвигаются вокруг машиниста.

— Погоди, погоди! Какой он? — расспрашивает Липатов. — Такой невысокий, с бородой и усами, в штатском... Он или не он?

В глазах Лукичева изумление.

— Невысокий, с меня ростом, верно; в штатском — тоже верно. Однако без бороды и усов.

— Так то не Ленин, — решительно произносит Липатов. — Я же его на совещании военных представителей в июне видел и на балконе дворца Кшесинской в июле, перед демонстрацией, когда он речь произносил. Издалека, правда, но запомнил.

— Ишь, как обознался ты, Микола, — разочарованно тянет Захаров.

— Ничуть не обознался! — обижается Лукичев. — Своими ушами слыхал его фамилию.

— Расскажи толком, — советует Белышев. — Где ты видел Ленина?

— В Смольном! Прихожу, а там народу еще гуще, чем позавчера, когда мы с тобой к Свердлову являлись. В нижнем этаже и в коридорах не протолкаться. Ордера на винтовки выдают, по сто пятьдесят штук на каждый завод. В семнадцатой комнате никого нет, хотя часовой стоит. Спросил у него, где Военно-революционный комитет. Дал мне другой адрес: комната номер десять. Иду, номера считаю на дверях в коридоре, а навстречу спешит один человек. Поравнялся, прищурился, глянул пронзительными глазами, будто в душу заглянул, и спрашивает: «Вы кого ищете, товарищ?» Голос приветливый, но букву «эр» не так выговаривает, как все. Малость картавит. Не знаю почему, а только высказал я одним духом, что моряки «Авроры» выполнили предписание Военно-революционного комитета и ждут указаний, что делать дальше. «Очень хорошо, очень хорошо, — быстро отвечает он. — Расскажите об этом товарищам в комитете. Они в десятой комнате». Показал мне, где комната номер десять, и хотел идти своей дорогой, одного из-за угла на него какой-то соглашатель в очках наскочил и орет: «Вы рассчитываете и опираетесь на штыки, господин Ленин!» Тут я к месту прирос. Выходит, это и есть Ленин?! Стою и жду: что он скажет... Гляжу, Ленин поглаживает свой громадный лоб, хитро щурится и кладет того соглашателя, который с буржуями полюбовно захотел столковаться, кладет его на обе лопатки... Помню слово в слово: «Не большевики, но весь народ штыками будет защищать завоевания революции...» Повернулся и пошел по коридору, а я смотрю и смотрю вслед ему... Однако ни бороды, ни усов не было у Ленина.