3:0 в пользу Шапочки

Я ахнула и, напрягшись, опустила руки оборотню на плечи, собираясь если не оттолкнуть, то хотя бы… хотя бы... Он поднял ресницы и, не разрывая поцелуя, посмотрел на меня с вызовом. И я словно живьём услышала его насмешливый голос.

– Слабо тебе, Красная Шапочка, утереть нос этим жлобам? – словно бы говорил он.

Мне слабо?

Я обвила руками мощную шею, царапнула ноготками кожу на мужском затылке и снова ахнула, когда меня снесло волной чистой страсти. Влажной и огненной. Острой. И головокружительной.

Настолько головокружительной, что в себя я пришла, лишь когда кто-то начал протяжно свистеть и улюлюкать.

– Браво! – Страсть разбилась о неуместный голос, и я, чувствуя непонятную тяжесть в голове, ногах и вообще во всей себе, оглянулась, чтобы узнать, кто посмел.

– Браво, молодые люди! – повторил Владыка и несколько раз хлопнул в ладоши. – Вижу мой выбор пришёлся вам обоим по душе.

Что?

Я глянула на Вожака и похолодела от взгляда, которым он меня наградил. Таким разве что на пиявку смотрят, а не на собственную дочь. Мама испуганно округлила глаза. Подруги детства, соседи, наставники… Вся стая смотрела на меня с осуждением.

В груди запекло от ледяной горечи, и я попыталась отшатнуться от Серого, но он удержал меня у своей груди, позволив лишь развернуться в крепких объятиях.

– Не дёргайся, – шепнул, задевая губами край моего уха, и всё с тем же выражением откровенного вызова молча посмотрел на Владыку. Я тоже глянула в сторону свадебных столов.

– Так я прав или я прав? – продолжил веселиться Владыка. – Подойдите ближе, хочу посмотреть на ваши метки.

Я прижала руку к своей обнажённой шее. Метки?

– Боюсь мы пока не готовы кому бы то ни было их демонстрировать, – вместо меня ответил Серый.

Звенящая тишина обрушилась на свадебную поляну. Слышно было только как потрескивают дрова в костре, да тихо дышит ночной лес.

– Повтори, – потребовал Владыка. И сила вокруг него закрутилась, как аркан вокруг ковбоя. И мне так сильно захотелось спрятаться за мужа, что я снова попыталась вывернуться из его объятий, а он в который раз мне этого не позволил.

– Это слишком интимно, – чуть склоняя голову, пояснил Серый и накрыл мою ладонь на шее своей рукой, одновременно сильнее прижимая меня к груди. И я только сейчас поняла, что обнимашки эти неспроста, а чтобы прикрыть мною свою голую, не отмеченную моими зубами шею. – Волк не позволит. И я тоже.

– Да что ты себе позволяешь, щенок?! – выкрикнул кто-то из свиты Владыки, но оборотень величественно махнул рукой, призывая всех к тишине, и посмотрел на нас совсем другим взглядом, а затем протянул:

– Зверь не любит одежду.

Серый хмыкнул над моим ухом.

– Именно.

Я открыла рот, чтобы задать наводящий вопрос и закрыла. А что тут задавать? Зверь не любит одежду – это все знают. Если он рвётся на свободу, она не помеха. Просто уступаешь правление волку, и его тело занимает место твоего. Но если зверь дремлет где-то в глубине души, или просто ленится, или чем-то недоволен, то лучше раздеться, иначе пушистый засранец вовсе не придёт.