Асса. + Рассказы
- Автор: Дубравин Андрей
- Серия: Ивашка в тридесятом царстве #5
- Язык: русский
- Жанр: LitRPG
Электронная книга - «Асса. + Рассказы». Краткое содержание книги:
До 22 лет дварфы считались детьми. Только после обряд совершеннолетия они становились членами кланов, но до 50 лет оставались юношами. Детей у дварфов воспитывали не родители, а учителя — наставники. У мальчиков — седые мастера, у девочек — благовоспитанные дварфийки. Оно и понятно, чему может научить женщина мужчину, и наоборо? У каждого свои секреты, логично же. С матерями братья виделись только в День Каменного солнца, с обеда и до утра. Из покоев выходить запрещалось, нечего детям по подземельям шастать. Все остальное время ученики были под приглядом наставников. Да еще каким приглядом! В общем, устроить покушение или несчастный случай одному из них было ой, как проблематично, а вот подставить…
«Нам было по 21-му лету, когда мы закончили обучение и через год намеревались снять детские ремни и надеть настоящую перевязь, а к ней прикрепить оружие. — рассказывал Нарви, все слушали его молча, некогда было вопросами сыпать, да перебивать, кто знает сколько идти вместе осталось? — Я выбрал секиру, а Делг — боевой молот. На целый год нас отпустили пожить с родителями. Но до детей ли было отцу, который занимался королевскими делами? Я его и видел-то всего три раза. Два раза живым, а третий уже мертвым.
Чтобы мы не мозолили глаза венценосному родителю, разместили нас в материнских покоях. Сами понимаете, на женской половине прислуживали молодые дварфийки. Причем одни и те же всем женам Адрика одновременно. Ой, какие это были дварфийки! Глаз не оторвать. Краше яхонтов и адамантов. Вот я и положил глаз на одну самую симпатичную».
Нарви на секунду прервался, сбился шагом. Видимо, вспоминать прошлое ему было тяжело. Но проглотив ком, подступивший к горлу, продолжил:
«Звали ее Хельда. Она отвечала на мои знаки внимания, улыбалась и все такое. Кто бы мог ведать, что Хельда приглянулась и Дельгу? Во-истину мы братья, раз даже вкус одинаковый, — горько выдохнул Нарви. — А та, дуреха и Дельгу благоволила, и мне. Никак не могла определиться, кто из принцев ей более по душе. Не знаю как, но прознал брат, что я за его «невестой», как он считал, ухаживаю. Взревновал, а я ни слухом, ни духом. Да еще мать его в уши кривду вливала. Она-то знала, что трон должен достаться мне. Вот только будучи дитем, я даже не думал о власти. О любви думал, как и брат мой. Но он еще ревновал и думал, что я ему дорогу перешел. А, как по мне, так Хельда должна была выбрать, сердцу не прикажешь. Делг считал иначе»…
Нарви снова прервался, нахмурился. Ему честному дварфу нечего было скрывать от друзей, но и брата позорить не хотелось.
«…В один из дней, ближе к вечеру, вижу переполох какой-то в отцовых покоях. Любопытно стало, вот я и влез туда один, дурень. А он сполз с трона, рукой за горло хватается, глазами страшно ворочает, сказать что-то пытается, но не может. Подбежал я к нему, взял его за плечи, зачем-то на трон усадить пытаюсь. Он тяжелый, из рук выскочил и на пол, а я жопой на трон и уселся.
В это время двери отворились и вбежали дварфы: и прислуга, и братья Адрика, и жены его, и Делг. Увидел он меня на троне сидящем, да как заорет: «Убийца!» Я головой по сторонам крутить давай, чтобы убийцу-то увидеть, а он в меня пальцем тычет. Притормозили при этом крике дварфы и на меня уставились так нехорошо. Был среди них и Утул. Мудро он тогда сказал, что слова аргументами подтверждать надобно, особенно обвинения. Я даже после них воспрял духом, подумал тогда, что глупым наветам больше не будет места. Наивный.
Делг не унимается и кричит, тыкая в меня пальцем: «Он убийца, я видел сам, как он отцу кубок с ядом подавал. Отец его выпил и захрипел, вот я за вами и побежал. Проверьте его карманы, туда он бутылочку спрятал!»
Я вообще ничего не понимаю, с ума спятил мой братец что ли? Какую бутылочку? Какой яд? Жар у него что ли? Не серьезно же он сейчас все это говорит? Оказалось, серьезно. Пока я недоумевал, подошли ко мне герцоги и просят карманы вывернуть. Да легко! Чего мне скрывать? Сунул руку в карман, а там и правда пузырек какой-то лежит. Вытащил я его из кафтана и уставился, как вирм на новый тоннель, что не сам рыл. Слов от удивления лишился. Другой бы начал оправдываться, только я стою и молчу, как будто сталактит проглотил. А меня уже ведут под белы рученьки, скрученные. В каменную комнату. И дверь массивную уже за мной запирают. Один даже плюнул мне под ноги.