Отдана чудовищу (СИ)

— Яичницу с беконом и томатный сок.

— Можно я сама приготовлю? — мне хотелось сделать первый шаг, отблагодарить за то, что он был таким нежным и ласковым.

— Да конечно. Вы же хозяйка в доме, — я покраснела и посмотрела на вошедшую Машу. Выглядела она как побитая собака.

— Привет, — улыбнулась подруге.

— Ага, — хмуро произнесла она, наливая себе стакан воды. — Как первая брачная ночь? — Маша стояла за моей спиной, пока я ставила сковородку на плиту.

— Всё хорошо.

Я огляделась. Повар пошла в кладовку за овощами, Константин был занят тем, что проверял частоту бокалов. Достаточно далёко от нас. Никто нас не подслушивает.

— Ой, Машунь! — я блаженно закатила глаза. — Ты была права. Глеб он такой… такой… — меня захлестнула масса эмоций. Я не могла подобрать слов. — Он был так нежен. И мне кажется, он что-то ко мне чувствует. Просто не разобрался в себе. — Маша стала хмурой.

— Ты бы не очень-то мечтала на этот счёт. Не забывай, что он привел тебя силой. Угрожал отцу! Так хорошо трахал, что ты поплыла? — Маша была рассержена и говорила ужасные слова.

— Маш, что-то случилось? — я терялась в догадках почему она такая злая. Мне же было так хорошо, что я хотела сделать всех счастливее. На всех меня, конечно, не хватит, но хотя бы единственную подругу.

— Ничего, — она улыбнулась. — Я вчера маленько перебрала. В голове поселились тысяча дятлов. Я буду очень рада, если ты будешь счастлива.

Повинуясь порыву, обняла подругу и поцеловала в щеку.

— А где твои очки?

— Это самое странное. Они мне не нужны. Зрение восстановилось.

Константин, рассматривающий бокалы на свету выронил их на пол.

— Маша. Убери, — приказал он Подруга закатила глаза, но послушалась и ушла за веником.

Я выкладывала яичницу с беконом на тарелку, прикусив губы. Старалась, чтобы было красиво, украсила зеленью.

— Госпожа, — обратился Константин. — Это правда?

— Что?

— Ваше зрение. Оно правда вернулось?

— Да.

— Это невероятно!

— О чем вы?

— Видите ли. Есть древняя легенда. Об особом племени оборотней. Много веков назад была яркая вспышка света, — у Константина очень приятный баритон. Он говорил тем самым голосом, каким папа рассказывал мне сказки в детстве.

Я подпёрла подбородок рукой, оперлась на стол, чувствуя ностальгию по тем светлым временам и по папочке. Может Глеб разрешит мне навестить его?

— И девушка как раз в это время гуляла с новорожденной дочерью. Она была необычной. У нее была очень светлая, почти прозрачная кожа, сверкающая на солнце, — как у меня. — От яркой вспышки серые глаза девочки стали фиолетовыми. Говорят, что потомки этого ребенка обладают невероятной силой. Они способны вылечить и обратить в спять время, вернуть молодость. Но лишь тогда, когда встретят истинного, после первой брачной ночи. До этого у них ухудшается зрение. Олеся, скажите. Вы всегда носили очки?

— Нет. Лет с тринадцати.

— Вы особенная, Леся. Я думаю, вы как раз из того племени. Вы эликсир жизни. Неудивительно, что Мстислав захотел породниться с вами. На моей памяти ему лишь однажды встречалась такая девушка. Двадцать лет назад. Тогда я видел хозяина влюбленным.