Общество анонимных кофеголиков. История моих (не)удачных свиданий
- Автор: Дыняк Ольга
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-0053-2236-4
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Общество анонимных кофеголиков. История моих (не)удачных свиданий». Краткое содержание книги:
Впереди, прямо по курсу, на горе появляется огромный турецкий флаг.
Никосия – последняя разделенная столица. Половина города оккупирована Турцией в 1974. Граница проходит ровнехонько через середину Старого центра. Это сложная, трагическая и все еще не разрешенная история. R. «повезло» родиться в несуществующем для остального мира государстве, зато повезло встретить меня.
Я паркуюсь в старой Никосии, переставляю подкаст в наушники, иду по улицам, которые принадлежали византийцам, венецианцам, англичанам… Мимо заброшенных домов, напоминающих о драматических событиях прошлого века.
В этом городе столько боли, столько истории и красоты, что невозможно не влюбиться. Здесь нет обычного европейского лоска, величественных зданий, наряженных барельефами, которые восхищают и давят своим авторитетом.
Островная безыскусная архитектура соседствует с английскими колониальными постройками – элегантными одноэтажными или двухэтажными зданиями с внутренними двориками и великолепными дверями. Двери эти разных оттенков синего, мятного, изредка красного, с очаровательными коваными решетками, окружены кадками и горшками с кактусами, драценами, геранями. Эта простая красота подкупает, ты чувствуешь себя здесь совершенно своим и никак не можешь выключить фотокамеру.
Подхожу к границе. Представили бетонную стену в три метра высотой с колючей проволокой и автоматчиками? Зря. Ленточка вроде тех, что натянуты в аэропорту, разделяет пешеходную улицу Лидра и две общины. Ещё меньше их разделяет прошлое – согласно результатам изучения ДНК местного института неврологии и генетики, киприоты-турки и киприоты-греки гораздо ближе друг к другу, чем, возможно, хотелось бы политикам. А еще среди дальних родственников островитян найдены албанцы, ливанцы и итальянцы из Калабрии – носочка сапога.
Отдаю паспорт греческим пограничникам, потом турецким. К голосу в подкасте примешиваются звуки снаружи – музыкальный стон-призыв к вечернему намазу, раздающийся из Селемие – бывшего готического собора Святой Софии, в 1571 году превращенного османами в мечеть.
Этот контраст истории и современности, Ближне-Среднего Востока и дальнего Запада, мира и противостояния настолько разителен, что является одним из самых больших моих впечатлений каждый четверг, не считая долгожданной встречи с R.
Мы сидим в кафе – колоритное заведение с огромными стеллажами книг и изящной коллекцией старинных настольных часов располагается сразу за пограничным пунктом. ⠀
⠀
Мимо столиков проходит множество людей самых разных национальностей и социальных статусов – здесь пролегает пограничная тропа. Интересно смотреть на этот калейдоскоп, однако мы поглощены друг другом. ⠀
⠀
– Я не чувствую времени, не чувствую своего возраста, – говорю я, глядя на стеллаж с часами, – мне как будто все еще 20. ⠀
– А давай посадим дерево? Оливковое. Ты будешь смотреть, как оно растет, и чувствовать время, – предлагает R.⠀
– Отличная идея, – смеюсь я, – пусть у нас будет дерево, детей уже предостаточно.⠀
Нам, видимо, хочется надежности: подпереть палками для пущей безопасности Пизанскую башню наших трансграничных отношений.⠀
⠀
Договариваемся, что поливать дерево будет R., а мне, даже в случае расставания, все равно будет принадлежать урожай оливок, когда дерево начнет плодоносить. Такой «оливковый контракт». ⠀
⠀
Через неделю хорошенький саженец прибыл, и мы отправляемся в почти достроенный загородный дом R. для торжественной церемонии посадки.⠀
⠀
Дом стоит на самом краю деревни, взор упирается в кривые хребты гор.
Вечернее небо розово, недалеко пасется стадо козочек, и в воздухе разливается спокойствие, перемешанное с мелодичным, похожим на «музыку ветра», звоном их колокольчиков.⠀
⠀
На большом фиговом дереве у дома – спелые плоды, некоторые из них в отсутствие хозяина уже поедают семейства мух. Почва Кипра сухая и каменистая, R. приходится постараться, извлекая камешки и корни, оставшиеся от растущего здесь ранее жасмина. Я сижу на ступенях, жую только что сорванный сладчайший инжир и наблюдаю за процессом. Наконец, деревце обрело место жительства и прописку, и мы скрепляем исторический момент своими объятиями. ⠀