Сказки должны кончаться свадьбой

Все-таки умирать, тем более по обвинению в колдовстве, мне совсем не хотелось.

Ждать и мучиться сомнениями пришлось совсем не долго. Когда мне передали, что Лорд желает видеть меня, прошло всего несколько часов. Отмытая от дорожной пыли Мел только-только заснула. Она была настолько поглощена собой и последними потрясениями, что даже не заметила, как далеко блуждали мои мысли, пока я помогала ей привести себя в порядок.

Услышав приглашение, я поправила ворот платья, провела рукой по волосам, проверяя прическу и пошла за провожатым. Он спокойно повернулся ко мне спиной, но при этом не отпустил рукояти кинжала. Боится, но не показывает страха. Разве я ожидала иного? Что же ему сказали про меня?

Серый Лорд ожидал в том же зале величественный и непреклонный, словно рок. Я вдруг поняла, что он совсем не так стар, как казалось. Если бы не седина, то он выглядел бы почти ровесником Крелу. Муж и воин, которому еще далеко до заката. Кроме Лорда тут присутствовал Адер, еще несколько незнакомых мне Серых и две женщины - одна в летах, другая совсем еще девочка - не больше шестнадцати лет. Перед старшей лежали хорошо знакомые вещи: фляга Адера, кинжал, зеркальце, пузырек с ядом.

Когда я вошла, Адер стрельнул в меня чуть напряженным и недоверчивым взглядом. Видимо, его тоже просветили, что именно я сделала, и что могла сделать. Во взгляде его снова читалось недоверие. Даже потрескивающий огонь в камине больше не казался дружелюбным. Видимо, все в этом мире повторяется, а у меня судьба ходить по кругу.

Колени отчетливо задрожали. Но показать страх - значит, фактически признать вину. Эту нехитрую истину я усвоила давно. Потому не согнула спины и высоко держала голову.

Лорд при виде меня чуть приподнял брови, как будто удивляясь столь скорой встрече, и жестом предложил подойти. Пожалуй, он единственный, совсем не опасался меня. Даже такая малость внушала робкую надежду на то, что меня хотя бы выслушают.

Провожатый, доставив меня к указанному месту, испарился без звука. Под перекрестьем недружелюбных взглядов я вышла на середину. В тишине каждый шаг отдавался гулко и неестественно громко.

Первой молчание нарушила старшая из женщин. Лицом она владела хорошо, но руки, руки сложенные в охранном жесте выдавали ее недоверие, говорили, что и спокойствие ее напускное. Неужели не найдется места в обитаемом мире, где ненависть и страх не будут сопровождать меня?

- Вижу, нет нужды объяснять, зачем ты здесь. Это твои вещи?

Я кивнула. Зачем отрицать очевидное?