Последний приказ Нестора Махно
- Автор: Богачев Сергей
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-907028-22-7
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Последний приказ Нестора Махно». Краткое содержание книги:
Почему в течение многих лет спецслужбы СССР прилагали столько усилий для возвращения Нестора Махно в Советский Союз? Почему Иосиф Сталин считал это важнейшей задачей?
Какая тайна скрывалась за всем этим? Чтобы завладеть всеми секретами атамана, органы НКВД арестовывают ближайшего соратника Нестора Махно — юзовского анархиста-коммуниста Льва Зиньковского-Задова — начальника Иностранного отдела НКВД по Одесской области… Известный автор Сергей Богачев расследует исторические загадки, связанные с делами легендарного Нестора Махно.
— Мама говорила — учи, сынок, языки, тебе пригодится. Таки пригодилось. Я эти бумажки прочёл. Они на немецком.
— Ну? — ещё громче подтолкнул Йосю к финальной мысли Японец.
— Миша, это очень секретные бумаги. Там так и написано вверху — «Ну очень секретные бумаги».
— И что, какие будут предложения?
— Я их вам, Миша, отдам, а мне взамен денег не надо. Я и так не знаю, на чёрта я их подмел. А вам пригодится, у вас уровень!
— Не имею возражений. Мы почитаем, и если что — за нами не заржавеет, — резюмировал Японец. — Так, а где бумаги?
Йося, хоть выглядел как юнец, ума к своим двадцати годам уже нажил:
— Три минуты. И я здесь.
Через указанное время Михаил Винницкий, известный в миру как Мишка Японец, держал в руках тонкий портфель из желтой кожи.
Весь день до самого вечера к королю одесского криминалитета стекалась со всего города информация о происходящем. То там, то здесь люди воровской специальности попадали в неприятности с красноармейскими патрулями. В порту, где интервенты оставили после себя море добра, форму, боеприпасы, технику и прочее, нужное в хозяйстве барахло, были расстреляны на месте два человека, разжившиеся четырьмя рулонами сукна. Глаза[34] докладывали, что ночью в «Бристоле» состоялся неимоверный кутёж — на подводе, запряженной добрым битюгом, привезли бочку красного вина. Катить наверх её не стали, разливали во что попало прямо в парадной зале, а потом до утра орали песни и палили по люстрам.
Последней каплей стали слова Майорчика:
— Миша, этот атаман дюже лютует.
— Что там еще? — одной плохой новостью больше, одной меньше, настроение всё равно было безнадёжно испорчено.
— Приказал расстреливать нашего брата на месте преступления в целях борьбы с преступностью.
— Эх, как завернул, шкура петлюровская!
— Позволю себе встрять, Миша, он не петлюровская шкура, а красная, — поправил своего шефа Майорчик.
— Эти шкуры перекрашиваются быстрее, чем сохло бельё в заведении покойной мамаши Мозес, царствие ей небесное! Вот увидишь, Мейер, пройдёт время, и он опять масть сменит.
— Ну, хорошо, пусть будет петлюровская. Может, оттого он чекистов так ненавидит.
— А что с чека?
— А он их тоже собрался к стенке ставить.
— И как? Получилось?
— Да не очень, Миша… Кто смылся, кто телеграфировал в штаб ихний… Такое… Жертв и разрушений нет. Но уж больно орал, что постреляет.
— Да слабоват он на чека рыпаться. Тем более они одного поля. Этот не Гришин-Алмазов[35]. Этот попроще будет. Кстати, а что там наш генерал? Что люди говорят?
— Говорят, ушел в Бессарабию.
— Один ушёл, другой вон пришёл… Что им всем неймётся, Майорчик? Что им надо из-под нас?
— А мёдом тут намазано, Миша. Ладно… Тут ещё коммерческое сообщество жалуется… Люди обоснованно волнуются. Ювелир Костюковский, так тот в лоб спросил: «Люди дорогие, я делаю взносы, свою часть договора исправно выполняю, а у меня неприятности такие, будто вас тут и не стояло».
— Что стряслось у почтенного Зиновия Яковлевича? — искренняя забота о благосостоянии известного ювелирных дел мастера сквозила в голосе Мишки Японца. Зиновий Яковлевич не только состоял на учёте как личность неприкосновенная в силу ежемесячной оплаты взносов на людские нужды, но и оказывал Мише мелкие услуги. Мог за ночь разобрать на запчасти колье, не спрашивая, откуда оно приехало, делал бесплатно экспертизу ценности камушков и утверждал подлинность проб на драгметаллах, ну и так, по мелочи — консультировал по ювелирному антиквариату. Обидеть Зиновия Яковлевича было всё равно что плюнуть самому Мишке под ноги.
— Кто старика обидел? — конкретней сформулировал вопрос Японец.
— Новые власти. И не только его, — ответил Майорчик.
— Вы, Зайдер, тянете кота за хвост. Нельзя ли конкретней, пока я не разволновался.
— Григорьев наложил контрибуцию на коммерсантов. Повелел собрать пятьсот миллионов до двенадцатого числа. Старики расстроились, говорят, во всей Одессе нет столько наличности.
— Сумасшедший поц! Что он себе думает? — взорвался Японец.
— Он себе думает, что если ему рукоплескали на Пушкинской, то он теперь Господь Бог.
— Месье Никифор несколько самоуверен… — Мишка о чём-то задумался, придвинув кофе к себе поближе. — А где этот Йося, что вчера портфель принёс?
— Доставить? — немедленно отреагировал адъютант.
— Что ты, Майорчик, такой заводной? Не доставить, а пригласить и проводить, чтобы побыстрее. Мальчик сделал нам подарок, он заслужил почтение.
34
Уличные разведчики.
35
Гришин-Алмазов, Алексей Николаевич — генерал-майор, военный губернатор Одессы до марта 1919 г. Отказался от перемирия с городским криминалитетом, предложенного Михаилом Винницким. Выжил после нескольких покушений, организованных на него Японцем.