Потаенное судно
- Автор: Годенко Михаил Матвеевич
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Потаенное судно». Краткое содержание книги:
— Иначе нельзя!.. — подхватил тонковатым старческим голосом Баляба. — И Пане не сахар. Ферма на руках. А ну-ка, повертись, заведующая! И туда беги, и сюда скачи. Видел, яку машину поставили? Сырую траву скосил, суешь в бункер: она сама сушит, сама сечет, сама мелет. Подставляй мешки, получай зеленую муку! Не чудеса ли?
— Техника, ничего не скажешь… У нас в огородной бригаде тоже прибавилось механизмов.
Баляба перебил собеседника:
— Сажаете что-нибудь, чи рано?
— Топко… Пока все сидит в теплицах.
— У вас там, возле речки, — рай. А тут земля сухая, як порох. Пробовал до сырого докопаться — ни боже мой!
Лука слушает Охрима Тарасовича, а сам думает: «Вот незадача. Ни Антона, ни Пани. С кем о деле побалакать?» В руке почувствовал тяжесть литровой баночки, в которую жинка белых моченых слив наложила. Баночка завернута в газету, помещена в авоську. Гостинец, одним словом. Но вот кому его передать — загадка. Не станешь же старика ни с того ни с сего одаривать белыми сливами. К тому же заявлено, что спешишь, и сливы, каждому должно быть понятно, иному лицу предназначены. Носись теперь с ними! Говорил жинке: не надо. Куда там, пристала: возьми да возьми, без гостинца в гости не ходят.
Банка тяжелит руку.
Еще издали Терновой увидел Володьку Балябу, шагающего медлительной развалочкой. Картузик сидит на правом ухе, левая рука с портфелем перекинута через правое плечо. Всем своим видом говорит: свобода слаще всего!
Терновой обрадовался появлению Володьки. Кивнул в его сторону, сообщая Охриму Тарасовичу:
— Унучек на подходе!
— Туды к бесу! Я тебя и не ожидал. Чего так рано?
— Англичанка захворала, — небрежно бросил Володька, продавливаясь боком в калитку.
— Скажи ты!.. — восхищенно поднял свободную бровь (вторая передавлена повязкой) Лука Терновой. — Такие недокурки уже по-английскому балакают.
— Еще як балакают, — подхватил старый Баляба. — А задачки такие решают, что ни мать, которая десятилетку прошла, ни отец, который где токо не учился: и в школе, и на службе, и на курсах сколько раз побывал — ни в какую одолеть не могут. Глядят в тетрадку да очами лупают, а шо к чему — не понимают. Наука сильно шагнула! — многозначительно заключил Охрим Тарасович. — А они, чертенята, — поглядел на Володьку, — бачь, яки головасты — усе схватывают.
— У якому ж ты классе? — поинтересовался Лука Терновой.
— Пятый кончаю, — уже из-за забора нехотя ответил Володька.
— Молодчина… Ось подойди сюда! — Терновой вынул из авоськи литровую банку со сливами, освободил ее от газетки, перевесив руку через забор, подал банку хлопцу. — От це тебе гостинчик за успехи! Бери, бери… Белые сливы, моченые. Дуже смачные.
— Подойди, — подтолкнул дед внука, — чего упираешься, як бычок?
Когда Володька скрылся с банкой слив за дверью хаты, Лука, улыбнувшись, заметил:
— Валашковатый парнишка.
— Га? — недослышал Баляба.
— Увалень, говорю.
— Золота дытина… А сердцем жалостливый, не дай бог. Вылитая Паня.
— Юрко, кажись, побойчее…
— О, тот — герой. Североморец! На атомных лодках, пишет, скрозь бывает.
— Пишет? — с особой заинтересованностью переспросил Лука, наваливаясь грудью на заборчик.
— А як же! И про то, и про другое. Холода, каже, лютые. Снегу — завалы. А пшеница не растет. Север — тут спорить нечего. Крепость, говорит, ихняя стоит на самом берегу. Снежногорском называется. За ним дальше — уже ничего нема, пустая вода.
— Одна вода?
— Ага!.. Примерно, як у Новой Петровке. Це ж тоже крепость была когда-то казацкая. Рубеж. Дальше — одно море. Так и там… — Охрим Тарасович сокрушенно покачал головой. — Край земли. Это ж токо сказать! А ну-ка, послужи долгую службу — без зубов останешься. Хотя, пишет, усё есть, усё привозят. Посылок, мол, никаких не посылайте, фруктами снабжены, заявляет, вплоть до бананов.
— Забота!.. — протянул Терновой. — Правда ваша, служба у них тяжелая, но зато обеспечены, я вам скажу, як космонавты.
— Отборный народ…
— Домой скоро?
— Хо-хо!.. — протянул невесело Охрим Тарасович. — Что ты! Еще в отпуске не был, а ты его под демобилизацию подводишь. Следующим летом только на побывку ожидаем.
— Жениться там не собирается? — пошутил настороженно Терновой.
— Хлопец видный. Такому не трудно будет и одружиться.
— Ленты-позументы… — невесело поддержал собеседник.
— Само собой! По всей форме… — Вдруг, погасив оживление, Баляба сказал серьезно, ловя беспокойно бегающий серо-зеленый глаз Тернового: — О чем не слыхать, про то не знаем. Видно, нет.