Последыш [1 и 2 том]

— Как смотрите, Ингвар, если сразу после свадьбы, мы с Варварой переберемся в ваше графство? — спросил Петр, когда закончилось детальное обсуждение будущих брачных контрактов.

"Ничего себе? — обалдел Бармин. — Впрочем..."

На самом деле, если подумать, это была неплохая идея. Тем более, что Петр придет сюда не пустой, а со своими людьми.

— Смотрю положительно, — кивнул он. — Хотите переехать в Усть-Углу или в городской дом в Вологде?

— Нет, — покачал головой Петр. — Ничего такого. Хотелось бы жить своим домом. А у вас, Ингвар, недалеко от Вологды есть замок Устье, туда бы мы, если это возможно, и переехали.

— В Устье, насколько я знаю, давным-давно никто не живет, — припомнил Бармин отчет полковника Кальф-Калифа. — Замок старый, постройки XVII века, кажется. Нечто среднее между крепостью и укрепленной сельской усадьбой. Но в каком он состоянии, я не знаю.

— То есть, вы не против?

— Я за, но...

— Не волнуйтесь, Ингвар, — остановил его Петр. — Если вы не возражаете, то это для нас с Варварой лучшее решение. Я могу прислать туда своих людей уже на следующей неделе. Как раз за лето можно все отремонтировать и реконструировать. Если назначить обе свадьбы, — нашу и вашу с Дареной, на 22 сентября, мы сможем сразу же переехать. Уж за три-то месяца всяко разно успеем закончить все работы, а недели за две до свадьбы начнем перебрасывать туда имущество.

— У нас с Дареной будет языческая свадьба.

— Варвара тоже хочет по старому обряду, — кивнул Петр. — Я не против.

— Тогда еще один деликатный вопрос, — вздохнув внутренне, озвучил Бармин свое беспокойство. — Я имею в виду вопросы безопасности.

— У меня есть дюжина телохранителей и двадцать человек охраны, — успокоил его Петр, — и они будут подчиняться вашему командованию.

— Тогда, договорились.

— Думаю, Ингвар, кое-что нам все-таки придется уточнить.

— Слушаю вас.

— Вам не надо меня опасаться, — сказал тогда Петр. — С отцом у меня отношения, мягко говоря, натянутые. Он умудрился исковеркать мне всю жизнь. Я ведь хотел стать танцовщиком в классическом балете. Учителя говорили, что у меня талант, но, самое главное, мне самому нравилось танцевать. Каторжный труд, Ингвар, если вы понимаете, о чем идет речь. Кровь и пот, и все-таки, выходя на сцену, я был счастлив. Однако отец запретил, дескать, все танцоры пидарасы и шваль. И это при том, что он тогда уже твердо знал, что с девушками у меня никак не ладится. На все мои просьбы и возражения, один ответ: он не позволит позорить родовое имя. Иди в университет, учи законы. Не хочешь в университет, любое военное училище на выбор. Учись, а я тебе пока подберу годную девку, такую, что и лед растопит, и камень оживит. Строго между нами, Ингвар. Я перед ним на коленях стоял, плакал, унижался, вымаливал волю. Обещал взять псевдоним и сделать пластику лица, но он был неумолим. Заставил поступить в университет и начал гнать мне в койку одну бабу за другой...