Гарвардский баг

Энджи… радовала меньше.

В почте и чате орали друг на друга тестеры и разрабы, свежее мясо прикидывалось ветошью и отсиживалось в сторонке, из безопасных укрытий наблюдая за тем, что творилось вокруг: вылезли новые баги с навигаторами и покупками, появилось несколько проблем с идентификацией и персональными данными. В результате чего в общий хай влезли еще и юристы. К вечеру холивар достиг размеров локального армагеддона и перешел в закрытые чаты.

Поэтому, когда в кабинет ввалился Тарасов, ничего хорошего я уже не ждал.

— Не уймешь? — понимающе хмыкнул он, считывая выражение на моей морде на раз. Кивком головы указывая на мигающий трекер.

— В первый раз, что ли? — пожал плечами. — Сегодня поорут, вечером сходят вместе бухнуть, завтра явят нам чудо.

— Уверен? — скептически протянул безопасник.

В этот же момент трекер для разнообразия мигнул сообщением от Славки.

«Сегодня со своими в «Хаос». Не жди, пить буду только воду, поэтому доберусь сама».

Я молча показал сообщение Андрею, тихо скрипнув зубами, что, в общем-то, для него не осталось тайной. Безопасник — это нутро, даже не профдеформация.

— Не хочешь отпускать? А ты чудовище, Ястреб, — заржал он, падая на диван.

— С учетом обстоятельств не хочу, — процедил я, набирая Вороновой ответ. — Но отпущу, потому что ей это надо и потому что я пока не хочу, чтобы Славка знала, насколько все со мной плохо.

— Что-то еще случилось? — закинул ногу на ногу Тарасов, явно устраиваясь удобнее и готовясь внимать. И рожа такая — одухотворенно-внимательная, что аж тошнит.

— Пока не понимаю, — пожал плечами. — Ты ради чего приперся? Явно не ради того, чтобы узнать, угомонил я своих миньонов или нет, — стащил я с переносицы очки.

— Ай, — прищелкнул мужик языком, — звание детектива года по тебе явно плачет, — оскалился еще шире, а через миг стал снова серьезным. — Ты Савельева просил проверить. Я проверил, вот пришел с докладом. Бью челом, так сказать.

— Тарасов, сожри лимон, — поморщился я. — Ты сидишь на чем-то? Чего такой бодрый в четверг под вечер? Смотри, одного такого вчера уже убрали тихонько.

— Зато ты суров за нас двоих, — никак не отреагировал старый друг. — В общем, чисто у Савельева все почти аки у младенца. Да и поспрашивал я аккуратно у своих, что и как, с Борисычем поговорил, не целит наш Александр на место Вороновой.

— Что, ни в своих влажных ночных мечтах, ни в реальности? — вздернул я брови.

— Ну, — хохотнул безопасник, — в его влажных мечтах с корпоратива прочно прописалась твоя новенькая — ты бы видел их переписку…

— Тарасов, а ты извращуга, да? — скривился я. — Избавь меня от подробностей, — тут же добавил, предпочитая оставить личную жизнь Савельева на совести старого друга, если она у безопасника, конечно, осталась. В личную переписку я его лезть не просил.

— …а в реальности, — невозмутимо продолжил Андрей, — Александр Дмитриевич довольно скучный и законопослушный. Славке в рот заглядывает чуть ли не с ее первого дня, на попытки той же «ДиДжи» его схантить упорно отвечает отказом. Предлагают ему, кстати, нормально так, и даже на рабочую почту предложения слать не стесняются. Их, конечно, меньше, чем у Славки, но есть из чего выбрать.