Лебёдка аэронавта

И тут монах умер. Бриджит увидела это. На середине фразы, свет и жизнь в его глазах просто вдруг исчезли как погасшая свеча. Теперь брат Винсент стал… неодушевленным предметом.

— Винсент? — тихо позвал Бенедикт. — Винсент? — Его голос сорвался на рыдание. — Винсент.

Бриджит подошла к нему и положила руку на плечо.

— Бенедикт, — мягко сказала она. — Нам пора уходить.

Он кивнул. Затем осторожно положил руку монаха на его грудь, обожженные пальцы двигались скованно и неуклюже, начал подниматься — и, неожиданно, наклонившись вперед, над трупом, рухнул на него как подкошенный.

— Бенедикт! — закричала Бриджит. Она схватила и перевернула. Его тело сотрясалось в судорогах, на губах показалась пена. Его глаза закатились, сверкая белками.

Боже Всемогущий. Яд шелкопрядов.

Бриджит трясла его, била, кричала, но он не шевелился и не реагировал. Что же ей делать?

С ревом двери Великой библиотеки сорвало с петель.

Бриджит сжала зубы. Уверенности, что она сможет найти дорогу назад не было, но, если не предпринять хоть что-то, через минуту они оба умрут, если не раньше. Она встала, схватила воинорожденного и поволокла его. Его обмякшее тело было неподатливым, но жара и дым становились все плотней, но она не могла думать об альтернативах в данных обстоятельствах. Она вскрикнула, присела и с усилием, наконец, сумела опереть его на своё плечо.

Она, шатаясь, направилась к выходу, затем вспомнила, что забыла книгу, защищая которую, брат Винсент отдал свою жизнь. Наклоняться за ней было довольно сложно, но это были цветочки, по сравнению с тем, чтобы выпрямиться снова, с Бенедиктом, висящим на её плече.

Она направилась к выходу, следуя по вытертой тропке в полу. Двигаться быстро не получалось. Ноша была слишком тяжела, но ей и в голову не приходило оставить его, ринувшись за помощью. Он мог задохнуться от дыма. В итоге, Бриджит, насупившись, переставляла одну ногу за другой и продолжала упорно двигаться вперед.

Она не увидела аврорского пехотинца пока тот не вышел из-за поворота, врезавшись в неё. Бриджит с криком, пытаясь уберечь Бенедикта от удара головой, рухнула на пол. Удар оказался болезненным. Аврорец приземлился рядом с ней, а на полу звякнуло что-то металлическое.

Бриджит изумленно уставилась на него. Человек был ранен. Мундир был испачкан в крови, еще больше её было на ноге, а на голове набухала шишка размером с кулак ребенка. Его зрачки были стеклянными и расширенными. Неужели он потерял сознание, не замеченный своими товарищами? Ну конечно, аврорцы же спешили уйти. Он таращился на неё мутным взглядом.

Глаза Бриджит метнулись к звякнувшему предмету. Окованный медью меч лежал на полу прямо между ними.

Она снова подняла глаза, встретилась взглядом с аврорцем и почувствовала внезапный всплеск ужаса и замешательства от осознания неизбежности смертельной схватки — и увидела те же самые чувства, отразившиеся в глазах противника.

Милосердные Строители, подумала Бриджит. В конце концов, мне удалось вляпаться в дуэль.