Роковая наследственность

– Свадьба готовилась пышная. Роспись в Грибоедовском дворце, празднование в ресторане «Прага», медовый месяц на золотых песках Болгарии.

Но за две недели до свадьбы, папу увольняют с работы, отправляют на пенсию, и жених испаряется, словно его и не существовало. Мне позвонила его мама и сообщила, что свадьба не состоится, потому как их семья покидает страну и уезжает жить за границу. Я думала умру от горя и обиды. Быть брошенной накануне свадьбы, что может быть хуже. А потом пришло прозрение. Ведь всё что мы имели, эту квартиру, прислугу, машину с водителем, дачу, связи, и многое другое, было благодаря высокому посту отца в ЦК КПСС. И когда всего этого вдруг не стало, я потеряла статус завидной невесты из престижной семьи, и мой жених отказался от меня как от бесполезной вещи.

Папа очень сильно переживал. Он чувствовал себя виноватым. Но не это довело его до могилы. Сердечный удар, после которого через несколько дней он скончался, случился с ним после того, как его жена, сообщила ему о своём уходе, и о желании как можно быстрее расторгнуть их брак.

– В такой момент? Это же подло! – резко высказалась Катя.

– А для неё в самый раз. Отец лишился всего, и сразу стал ей не нужным. Старый, больной, а главное бесперспективный, ему шестьдесят четыре, ей сорок пять.

Она давно ждала удобного момента, вот он и настал. Я несколько раз видела её на улице с молодым мужчиной, а однажды, здесь, у нас дома, когда папа был в командировке. За гостем захлопнулась входная дверь, а она, выйдя из спальни в наспех наброшенном халатике, сказала, что мои труды, очернить её в глазах отца ни к чему не приведут, потому как он просто в это не поверит. Я всё-таки попыталась поговорить с папой, так сказать, открыть ему глаза, но… Он очень любил мою мачеху.

– В голову не могло прийти, что она тебе не мать. Такая любящая, такая заботливая.

– Заботливой и любящей была моя настоящая мама.

Мои родители родились и жили в Свердловске, у них был счастливый брак. Папа работал в горкоме партии, а мама преподавала научный коммунизм в политехническом институте. Она долго не могла забеременеть. Я родилась, когда ей было почти сорок, а папе сорок пять, как говорят – появилась на свет поздним, но очень долгожданным ребёнком. Мне было шесть лет, когда мамы не стало. Я помню, что от горя сама чуть не умерла. Плакала днём и ночью, отказывалась есть и однажды упала в обморок. Очнувшись на больничной кровати, я увидела папу. Он гладил меня по голове, целовал и говорил.

– Оленька, девочка моя любимая! Я сделаю всё, чтоб ты была счастлива, а мама, глядя на тебя с небес станет радоваться. Ты только постарайся её не огорчать.

Я тогда так поверила в его слова, что изо всех сил старалась во всём быть прилежным ребёнком, и очень любила смотреть на небо, а вдруг там увижу маму…

Незадолго до того, как мне пойти в первый класс, папу переводят в Москву, в центральный аппарат ЦК КПСС. Он женится на своей секретарше, разница в возрасте с которой составляет почти двадцать лет. Мы переезжаем в Москву, и первого сентября я иду в школу, держа за руки «маму» и папу.