Верность виконтессы. На службе Ее Величества

- Боюсь, чтобы сшить воедино Левант из пестрых лоскутков-государств, усилий одного человека мало.

Женщины задумались, и повисло недолгое молчание. Неожиданно Бланка спросила:

- Сабина, я заметила, что Бодуэн буквально в рот заглядывает вашему супругу.

- Да, он очень уважает Габриэля, - ответила виконтесса, не понимая, к чему клонит Бланка.

- Попросите виконта, пусть он уговорит Бодуэна продать Терновый Венец моему сыну. Рано или поздно очередь дойдет до этой священной реликвии, а мы с королем заплатим хорошую цену. Вы, кстати, видели этот Венец?

- Да. Он хранится в Буколеоне в личной часовне императоров. Мой супруг еще в Константинополе заговаривал о продаже Тернового Венца. Но тогда де Бриенн заигрывал с ромеями, которые, разумеется, встали бы на дыбы, если бы узнали о продаже своей бесценной реликвии. Поэтому два года назад Жан отказал Габриэлю; возможно, сейчас Бодуэна будет проще уговорить.

- Пусть виконт использует все свое неподражаемое обаяние и убедит молодого императора. Терновый Венец Спасителя должен находиться не в разваливающейся франкской империи на востоке, а в сильной Франции и послужить земной славе христианнейшего короля.

- Думаю, мой супруг приложит все усилия и уговорит Бодуэна.[152]

- Если Габриэлю это удастся, то ваша непростая поездка в Левант оправдается вдвойне.

- Втройне, - улыбнулась Сабина. - Мой самый бесценный приз за поездку в Левант сейчас переворачивает вверх дном замок Эспри и ждет не дождется нас с кучей подарков к своему дню рождения.

- Спасибо, что напомнили. В Париже передам гостинцы для Эли.

Сабина кивнула и выглянула в окно. Их обогнала группа всадников во главе с герцогом Бретонским. Виконтесса задумчиво протянула:

- Так странно видеть Пьера на королевских празднествах.

- Моклерк уже не страшен. Недавно он окончательно передал права на герцогство Бретань своему сыну Жану, достигшему совершеннолетия, и вновь стал просто Пьером де Дрё.

- После нашего отъезда герцог еще пытался бунтовать?

- Немного, как я и предсказывала. Вскоре после своей свадьбы Луи собрал войско против неугомонного Моклерка, но тот сразу же запросил перемирия. Мы понимали: ему необходима отсрочка, чтобы ринуться за помощью к Генриху Английскому, и… согласились.

- Помню, помню, - усмехнулась Сабина, - вы ведь знали, что папа Григорий Девятый уже предостерег Генриха от попыток помочь герцогу Бретани.

- Именно так. Когда Пьер несолоно хлебавши вернулся из Англии, Луи заключил с ним окончательный мир уже на своих условиях и без всяких компромиссов. К слову упомяну о другом вашем недоброжелателе - Матильде де Даммартен. Она вам тоже уже не страшна.

- Отчего же? Прошла ее любовь к кардиналу?

- Лучше! Появилась новая. Поговаривают, что Матильда без памяти влюбилась в моего племянника - португальского инфанта Афонсу[153], который младше ее на восемь лет. Наверное, тот испытывает к ней ответные чувства, потому что безвылазно живет во Франции, и, по-моему, дело движется к свадьбе. Так что теперь Матильда боится вас.