Глаза смерти (СИ)

Энди снова его спас. Он позвал Энди, и тот услышал. Вытащил из вязкой тьмы. Энди. Энди. Артуру страшно хотелось к нему. К нему! Только рядом с Энди он будет в безопасности. Только рядом с Энди никто ему не будет страшен! Очередная безумная мысль. Глупость. С какой стати он так решил? Энди у Ахмада, а именно у Ахмада Ферренс начнет искать его в первую очередь, если Артур исчезнет.

Ферренс, Ферренс… Он был и сильным и жалким одновременно. Сильным – для того, чтобы удерживать Артура в своей власти. Жалким – потому что готов был ползать на коленях перед человеком, который ненавидел его всей душой. Любовь, ненависть. Ненависть, любовь. Две стороны одного чувства. Снова наползла проклятая тьма, которая взорвалась болью в доме Каннинга.

Странно, но никакой ненависти к Каннингу у Артура сейчас не было. И никакого чувства вины он не испытывал. Ему было все равно. Ему хотелось забиться в какую-нибудь щель, где его никто не сумел бы найти. И где он смог бы избавиться от безумной боли, что вновь охватила его. Сейчас Артур даже не хотел бороться. Ни за свою свободу, ни за что-либо еще. Он просто хотел жить. Жить. Вопреки своим кошмарам и страхам. Вопреки холодной тьме безумия. Вопреки всем, кто готов порвать его на куски ради удовлетворения своей похоти. Артур не знал, сумеет ли выжить. Но хотел попытаться.

Он позвал Томпсона, неотлучно дежурившего в больнице, и поблагодарил его за то, что тот вновь его спас. Телохранитель поцеловал ему руку. Но в его темных глазах Артур увидел упрек.

- Что, Томпсон? – с улыбкой спросил Артур. – Не понимаете, как я решился на такую вселенскую глупость?

- Честно говоря, не понимаю, – кивнул телохранитель. – Вы ведь умный человек!

- Отчаяние кого угодно сделает идиотом.

- Вам не стоит отчаиваться.

- А что мне остается? Жить с Ферренсом под одной крышей? Трахаться тайком с кем попало? Опасаться сказать лишнее слово? Это разве жизнь, Томпсон?

Телохранитель вздохнул.

- Ничто не длится вечно, мистер Алверт.

- Да, например, моя жизнь.

- Не говорите так, прошу вас.

- Ничего не изменится, – с горечью прошептал Артур. – Ничего…

- Почему? – непонимающе спросил Томпсон. – Я знаю, что Ферренс хочет увезти вас из Лондона.

- Ах да, он что-то говорил… Что-то про морское побережье.

- Он говорил о Майорке. У него там вилла. Роскошная вилла, если хотите знать.

- А, новая роскошная тюрьма для меня. Понимаю.

- Да, – помолчав, произнес Томпсон. – Новая тюрьма. Вы правы.

- Томпсон, – неожиданно сказал Артур. – Уходите. Нет, я имею в виду не отсюда уходите. Уходите с поста начальника моей охраны. Уходите от Ферренса. Вы же понимаете, что все это добром не кончится. У меня два выхода: либо бежать, либо умереть. И в том и в другом случае вы пострадаете.

- Я хочу быть с вами, – бесстрастно сказал Томпсон. – Я не могу без вас.

Артур внимательно посмотрел в темные глаза телохранителя. Было ясно, что переубеждать того в чем-либо бесполезно.

- Вы уже так много сделали для меня, – вздохнул он. – Вы рисковали своей карьерой, своей жизнью… А я ничего не могу предложить вам взамен. Во всяком случае, того, чего вам так хочется. Моей любви.

- Я не жду от вас любви, – возразил Томпсон. – Мне достаточно просто быть рядом с вами. Смотреть на вас. Любоваться. Целовать ваши руки.

- Нет, Томпсон, – грустно усмехнулся Артур. – Этого мало. Все мы хотим большего, так уж мы устроены. И вы хотите. Просто не желаете в этом признаться.

- Может быть, – спокойно сказал Томпсон. – Но лучше так, чем вообще ничего.

- Обнимите меня, – вдруг сказал Артур.

Томпсон застыл.

- Обнимите. Я тоже хочу вас обнять.

Томпсон присел на край кровати и осторожно, неловко обнял Артура.

- Поцелуйте меня.

Томпсон замер. Потом медленно, осторожно прижался губами к щеке Артура. Тот чуть повернул голову и его губы встретились с губами Томпсона. Они застыли в долгом поцелуе. Язык Артура проник в рот Томпсона, тот застонал, стиснул юношу в объятиях, а затем резко отстранился.

- Я люблю вас, – тихо произнес Томпсон. – Я все для вас сделаю. Все.

====== ГЛАВА 62. НАД ПРОПАСТЬЮ ======

Лондон, май 2014 года

После случившегося с Артуром Джеймс впал в апатию. Он не знал, что делать дальше. Поступок Артура, сколь идиотским и безумным он ни был, говорил об одном: тот готов на всё, чтобы уйти. На всё, кроме, может быть, убийства. Джеймс с тоской думал о том, что лучше бы Артур убил его, это сразу бы все решило. Джеймс, конечно, мог овладеть Артуром. Но получил бы только тело. Пусть даже прекрасное, сводящее с ума, заставляющее забыть обо всем. И черные глаза, полные убийственной ненависти страшнее яда и пули. А Джеймс хотел, чтобы в этих глазах была любовь. Артур твердил, что не любит Джеймса. Тот понимал, что мальчик говорит искренне, но был убежден, что Артур его любит, просто отказывается это признать. Любит его и только его. Алтухин был лишь наваждением, проклятой пеленой, которую необходимо было снять с глаз Артура, чтобы тот понял: лишь Джеймс достоин его любви.

Но сейчас всё зашло в тупик. Иногда Джеймсу казалось, что они бродят по темному лабиринту. Артур упорно ищет выход, а Джеймс его не пускает, потому что знает: вне этого лабиринта он жить не сможет. Артур сможет, а он – нет. Темный лабиринт – это его царство, царство Джеймса Ферренса, куда время от времени вторгается его ненавистный двойник Алтухин, которого он никак не может уничтожить.