Иисус Христос. Жизнь и учение. Книга I. Начало Евангелия [litres]

Гнев

Умел ли Иисус гневаться? Думается, положительный ответ очевиден из целого ряда повествований. Гнев Иисуса вызывали постоянные упреки иудеев в том, что Он нарушает субботу. В одном из эпизодов, когда Иисус посещает синагогу, где среди присутствующих был человек с парализованной рукой, за Ним специально наблюдают, не исцелит ли Он в субботу. Зная, что Его хотят обвинить, Он приглашает больного на середину и спрашивает: Должно ли в субботу добро делать, или зло делать? душу спасти, или погубить? Никто не отвечает. Тогда, воззрев на них с гневом, скорбя об ожесточении сердец их, говорит тому человеку: протяни руку твою (Мк. 3:4–5). Он протягивает руку – и она исцеляется. Здесь гнев Иисуса выразился в Его взгляде.

В параллельных повествованиях Матфея и Луки (Мф. 12:9–13; Лк. 6:6–10) упоминания о гневе отсутствуют: возможно, эти два евангелиста сочли неуместным применение термина «гнев» к Иисусу. Некоторые толкователи также считают неуместным говорить о гневе применительно к Иисусу Христу – Спасителю мира:

Слова евангелиста с гневом дают повод некоторым полагать, что Иисус разгневался на книжников и фарисеев. Но так ли это? В чем же выразился гнев Его? Евангелист говорит, что гнев Иисуса выразился лишь взглядом; но он же добавляет, что во взгляде этом видна была скорбь об ожесточении сердец фарисеев и книжников. А разве может быть гнев там, где скорбь? Чувства эти не уживаются вместе; они разного духа… При разговоре Иисуса с фарисеями и книжниками ученики Его, конечно, пылали гневом против них; да и нельзя было обыкновенному человеку спокойно видеть их упорство. Вот почему они, сами гневно смотря на врагов своего Учителя и видя хотя скорбящее, но строгое лицо Иисуса, могли строгое выражение лица Его принять за гневное, думая по-человечески, что и Он не может не гневаться. Это – их впечатление, это – их предположение; но скорбь Иисуса и отсутствие каких-либо внешних проявлений Его гнева заставляют нас признать, что и в данном случае, как и всегда, Он был чужд этого осужденного Им чувства[497].