Свет и ветер. Том 1 [закончен] [черновик]

Тем временем подоспел коллега из Ордо Машинум, дядька средних лет, но, и как мой знакомый ещё по посещению Солнечной системе старичок (его коллега по Ордосу), аугментированный до безобразия. Кратко ознакомился с отчётами и докладами, кивнул на: «это моя добыча, но ежели надо — пользуйте», в адрес фабрикатора и логиса. Да и занялся разбором «новой техноскверны ", тогда как я, сделав ручкой и прихватив копию наработок (как по антивирусу, так и по наручному устройству, коррумпированная я личность), покинул систему Таваштара.

Перелёт нам предстоял довольно длинный, по сути — в треть галактического диска, на пару месяцев минимум. Причём это чертовски быстро, тот же путь до Гелефиры, в условиях затрудненной варп-навигации, хоть и был разово короче в материуме, но по факту занимал полгода.

Мои занятия и тренировки, как и «плотное обучение» Кристины, шли своим чередом, что привело к закономерному, но не слишком приятному итогу. И нет, с детьми этот итог был не связан, хотя случись вдруг такое я, честно говоря, не знаю как буду реагировать. Пока, пару раз построенные модели демонстрировали ступор и щёлкающего клювом Инквизитора Терентия в моём лице. Уж слишком много различных факторов и оценок сплеталось в этом гипотетическом случае, противоречивых, субъективных, объективных… В общем, в варп подобную вероятность.

А многозначным итогом был визит решительно настроенной Геры ко мне, с целью «разобраться».

— Терентий, нам надо поговорить с вами о Кристине, — выдала тётка.

— Проблемы с обучением? — полюбопытствовал я, на что ответом был отрицательный жест. — Вопрос дисциплины, затрагивающий учебный процесс? — опять невербальное «нет». — В таком случае, госпожа Ксенаки, нужно поговорить не «нам», а лично вам. И да, приветствую вас.

— Хорошо, пусть мне, и здравствуйте, — упрямо мотнула головой тётка. — Мне нужно знать, что произошло с Кристиной Гольдшмидт и её личностью. Я читала описание её преступлений и как преподаватель со стажем, могу сказать, что обучаю не вполне её. Я бы вообще сказала, что передо мной девчонка-подросток, до одури влюблённая в вас, — выдала тётка.

— Возникает вопрос, Гера, а «нужно» ли вам это. Считаю долгом напомнить, что вы привлекаетесь как учитель, а не наставник, да и не схола тут, — довольно холодно ответствовал я. — Впрочем, ради вашего душевного спокойствия, могу вам приоткрыть часть тайны, — решил я поездить ей по ушам, да и посмотреть на результат. — Итак, в процессе беседы и допроса Кристина, находясь в статусе осуждённой преступницы, пережила некий… назовём это катарсисом. Насколько я знаком с психологией, это перевернуло её оценочную шкалу и, частично, регрессировало личность, до, возможно, нежного возраста подростка, когда тлетворное влияние варпа и ненадлежащего воспитания не сформировало Кристину-преступницу. В процессе допроса установив сей факт, а методы установления правдивости у меня есть, я встал перед дилеммой. Казнить девчонку, личность которой уже наказала себя самоуничтожением за то, что у неё в памяти есть, но совершала не она. Что неэтично лично для меня как человека. Оставить её безнаказанной? Так это неверно и неэтично с точки зрения меня, как Инквизитора. Соответственно, я подобрал такой вариант, который устроил и Терентия-человека и Терентия-Инквизитора.