Европа нового времени (XVII—ХVIII века)

В сентябре 1648 г. Дежнев и Алексеев обогнули крайнюю оконечность материка, пройдя проливом, отделяющим Евразию от Америки. По словам отписки С. Дежнева, миновав «нос», мореходы высаживались на берег. В стычке с чукчами был ранен Ф. Алексеев. Дальнейшее плавание протекало с неимоверными затруднениями. «Того Федота (Алексеева. — А.77.) со мною, Семейкою, — поведал позже Дежнев о превратностях похода, — на море разнесло без вести, и носило меня, Семецку, по морю… всюду… и выбросило на берег… за Анадырь-реку». Это случилось примерно в октябре 1648 г. С Дежневым находилось 25 служилых и промышленных людей. Оказавшись южнее устья Анадыря, участники экспедиции шли «все в гору, сами пути себе не знаем, холодны и голодны, наги и босы». Десять недель длилось это изнурительное путешествие, прежде чем Дежнев со спутниками увидел устье долгожданной реки Анадырь — их заветной цели. Слухи о богатых лежбищах морского зверя в этих местах подтвердились, обнаружились на морском берегу и кости моржей («рыбий зуб» — драгоценный материал для всевозможных поделок, желанная добыча охотников).

Лишь в следующем году Дежнев и немногие его товарищи, оставшиеся в живых, построили лодки и двинулись вверх по Анадырю. Выполняя полученный наказ, землепроходец обложил ясаком местных жителей, основал зимовье (позже — это Анадырский острог) и наконец добрался до своих. Места по реке Анадырь Дежнев изобразил на «чертеже».

Судя по всему, Семен Дежнев и его спутники не придали значения своему открытию — оно для них было лишь одним из эпизодов их ледовой многотрудной одиссеи. Но потомки оценили этот выдающийся подвиг и воздали должное героям.

Остается открытым вопрос о том, был ли повторен в XVII в. путь Дежнева— Алексеева через пролив. Высказывалось мнение, что это состоялось где-то в середине 60-х годов XVII в., но сведения на сей счет очень скудны. Длительное время живший в Сибири (1661–1676 гг.) Юрий Крижанич вынес из Тобольска сведения, согласно которым русские землепроходцы разрешили сомнения, соединяется ли Северный Ледовитый океан с Тихим. Они утверждали, что «сказанные моря ничем друг от друга не отделены… Сибирь, Даурия, Никания и Китай с востока омываются сплошным океаном». Здесь имелось в виду по меньшей мере плавание Дежнева—Алексеева, а, возможно, и какие-то последующие, о коих не сохранилось письменных известий. На русских картах Сибири 1667 и 1672 гг. показывали свободным проход от Колымы до Амура.

Эта идея воплотилась и на некоторых западноевропейских картах. На анонимной карте (Лейден, 1736 г.) изображена северо-восточная оконечность Азии, сопровождаемая подписью: «Русские суда проходят здесь, чтобы идти на Камчатку». Почти одновременно на изданной в Амстердаме карте встречается текст о русских судах, на которых совершаются плавания для торговли с камчадалами.

Шведский ученый Стралленберг поднес Петру I составленную им карту, где против устья Индигирки значилась надпись: «Отсюда русские… достигли с громадным трудом и опасностью для жизни Камчатки». Впоследствии возможность осуществления таких плаваний предполагала одна запись о Северном Ледовитом океане из неопубликованного географического словаря второй половины XVIII в.: «… по найденным в Якутском архиве известиям явствует, что с 1636 года начали ездить из Якутска по Ледовитому морю и что российские промышленные и козаки около так называемого Чуковского носа дошли до Камчатки». Но в географической науке XVII — начала XVIII в. продолжали бытовать и представления о существовании непреодолимого, теряющегося во льдах «камня». Вопрос о том, соединяется ли Азия с Америкой, еще требовал новых исследований.