Переход 2012. Слово из глубины сибирских руд

Лакшми и Леля

4. На одной из недавних медитаций я пережил, увидел свою Мать-Возлюбленную как Лакшми, в этой ее форме. Я видел ее, знаю и люблю как Дургу, а тут открыл как Лакшми еще. Опять всё это практически неописуемо, может быть, потом, когда я стану седым и старым, просветлённым мудрецом-риши, я напишу в её честь несравненные гимны. Хотя, может быть так, что все гимны в её честь уже написаны, да понять их может только тот, кто это пережил. А кто пережил, тому и гимны в общем не нужны. Я видел ее в несравненной молочно-белой чистоте нежнейших лепестков лотоса Свадхистаны, она была прекрасна до невозможности и чиста как слеза Творца. Я воспринимал её вместе со своим супругом Вишну, в Свадхистане. Хотя ранее читал, что ее связывают и с Манипурой. Думаю, тут нет противоречия, и Мать в целом, и в особых ее формах можно увидеть через любую чакру. Хотя, мне кажется, что Лакшми все же больше связана со Свадхистаной, чем с Манипурой, опять же и супруг ее здесь рядышком.

В этой же медитации вдруг здесь же в Свадхистане раскрылась-проявилась наша славянская богиня Леля. Она как бы через Лакшми вышла в проявление, оживилась, показалась, между ними есть тонкая связь. Нельзя сказать, что это одно, просто выраженное в разных культурах, но связь какая-то есть определенно. Она пришла сама, у меня и мыслей о ней не было, и это была именно Леля, а не Лада. Ну что тут мне сказать, она нежна и прекрасна, она абсолютно ни с чем не сравнима, она уникальна. Все ведь боги уникальны, но в ней есть что-то такое совсем своеобразное, что-то, что сильно выделяет ее даже среди других божеств. И не силой, не могуществом, не красотой даже, а чем-то таким совсем неописуемым, отдаленным эхом которого, возможно, будет здешнее слово "свежесть", непреходящая, неописуемая, метафизическая нежная беззащитность свежести – это Она, Лелюшка, Леленька, Леля. После этой медитации я лег спать, и еще, наверное, целый час лежал, не засыпая, в ее присутствии, я весь был проникнут ее нежностью, ее свежестью, этой беззащитностью этого уникального Божества. Она есть, она живая, она здесь по-прежнему, к ней можно пройти!