Повешенный

– В нашу первую встречу ты сказал, – прищурившись, вспомнил Уилл, – что ищешь один очень ценный и редкий образец машины. И что он сейчас находится в этом городе, но ты не знаешь, где именно.

– Да, – вскинул голову Алан и хлопнул ладонью по крыше машины. – К счастью, я его нашёл.

– И что теперь?

– Что теперь? Теперь осталось заполучить его в своё полное и безраздельное владение. Если можно так выразиться.

Алан говорил удивлённым и обиженным тоном – еще секунда и Уилл посчитал бы, что обидел Маккензи до глубины души. Но растягивающиеся в ухмылке губы и горящий пьяным огнём взгляд, напомнили, что перед ним стоит не школьный товарищ, не Даниэль Куэрво и даже не собственный отец, а Алан Маккензи, и обидеть его было невозможно. Можно было лишь удивить своей близорукостью к простым и очевидным фактам, понимать которые Уилл начал совсем недавно. Когда проснулся сегодня от очередного кошмара с участием Алана Маккензи.

Уильям сжал руки в кулаки – он не курил уже несколько недель, и с каждым днём желание затянуться едким дымом становилось сильнее. А затянуться сигаретой в компании Алана стало такой же доброй традицией, как вытаскивать задницу Даниэля Куэрво из очередной стычки с ирландцами. Уилл даже не заметил, как это произошло – Алан стал частью его жизни незаметно и уверенно. Алан Маккензи стал новой вредной привычкой, от которой было невозможно избавиться.

– Речь ведь не о машине, верно? Мисс О’Брайан…

– Что, мисс О’Брайан? – резко с раздражением оборвал его Алан. – Неужели ты думаешь, что я искал именно ее? Что за вздор? – насупившись, он прыснул от возмущения и пожал плечами. – Мисс О’Брайан просто мой интерес. Как и ты, Уилл.

– Просто интерес обычно не преследуют, мистер Маккензи. Вы… – Уильям осёкся, глядя на дёргающийся глаз Алана и тут же поправил себя: – Ты выглядишь одержимым этой девушкой, Алан. Ты прострелил себе ногу, чтобы встретиться с ней. И едва не отправил Даниэля в больницу, увидев их вместе. Это не просто интерес. И я не отпущу тебя, пока не узнаю правду.

Уильям не хотел знать правду. Он не хотел заглядывать глубже внутрь бесконечной бездны Алана Маккензи, но состояние последнего беспокоило Уильяма. Алан осунулся, черты его лица заострились, а под глазами пролегли глубокие круги. Он выглядел даже хуже, чем минувшей осенью. К рассеянности добавилась вечная усталость. Даже цветы на подоконнике в квартире Маккензи пожухли, пусть Уилл и поливал их ответственно. Алан все время отмахивался от Уильяма и прятался в своём баре. Даже сейчас он выглядел так, будто несколько минут назад побывал под копытами табуна лошадей, а затем выпил литр кофе, чтобы хоть как-то держаться в сознании. Алан был болен, и Уильям никак не мог ему помочь.