Избранные произведения. V том
- Автор: Кунц Дин Рэй
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Виктор Анатольевич Вебер
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. V том». Краткое содержание книги:
Содержание:
Вторжение
Предсказание
Скорость
Подозреваемый
Самый темный вечер в году
Славный парень
Твое сердце принадлежит мне
Безжалостный
Затаив дыхание
Что знает ночь?
Улица Теней, 77
Город
Эшли Белл
Душа в лунном свете
Рассказы (сборник)
Долгие годы дом Клокенуола простоял пустым, потому что никто не хотел его покупать. Когда же его, наконец, продали, покупатель, с разрешения муниципалитета, срыл дом с лица земли, превратив участок в маленький сквер с фонтаном, в котором купаются птицы, и скамейками, где люди могут посидеть, наблюдая за птицами и отдыхая от напряженного городского ритма. На гранитном бортике фонтана табличка с надписью: «МЕЛИНДА ЛИ ГАРМОНИ», которая свидетельствует о том что, девочка не умерла на этой земле, а живет здесь вечно.
Сумерки зари
— Иногда ты ведешь себя, как полный говнюк, — в сердцах воскликнула моя жена в тот вечер, когда я лишил нашего сына Санта-Клауса.
Мы лежали в кровати, но она определенно не собиралась ни спать, ни заниматься любовью.
— Разве так можно поступать с маленьким мальчиком? — Голос резкий, сочащийся презрением.
— Ему семь лет…
— Он — маленький мальчик, — зло отрезала Элен, хотя мы редко ссорились друг с другом. Поэтому наша семейная жизнь текла мирно и счастливо.
Мы полежали в молчании. Портьеры с вечера не сдвинули, и через открытые двери на балкон второго этажа вливался пепельно-бледный лунный свет. Даже при таком освещении, несмотря на то, что Элен укрылась до подбородка, по ее напряженной позе я видел, что она чертовски сердита.
Наконец Элен не выдержала:
— Пит, ты использовал кувалду, чтобы разнести вдребезги фантазию маленького мальчика, безвредную фантазию, и все потому, что у тебя навязчивая идея…
— Она не безвредная, — ответил я. — И у меня нет навязчивой идеи.
— Есть, есть, — настаивала жена.
— Я просто верю в рациональное…
— Заткнись.
— Ты даже не хочешь поговорить со мной об этом?
— Не хочу. Бессмысленно.
Я вздохнул.
— Я люблю тебя, Элен.
Она долго молчала.
Лишь ветер шебаршился где-то под крышей.
В кроне одной из вишен, растущих во дворе, ухнула сова.
— Я тоже тебя люблю, — после долгой, долгой паузы ответила Элен, — но иногда мне хочется дать тебе пинка.
Я злился на нее, полагая, что она несправедлива, что позволяет эмоциям брать верх над разумом. Теперь, по прошествии многих лет, я бы отдал все что угодно, лишь бы услышать вновь, что она хочет дать мне пинка, и с улыбкой согнулся бы.
С колыбели моему сыну, Бенни, внушали, что бога нет ни под каким именем, ни в какой форме, и религия — убежище для слабовольных людей, которым не хватает мужества принимать вселенную такой, какая она есть. Я не разрешал крестить Бенни, потому что, с моей точки зрения, этот обряд являлся первой ступенью культа невежества и иррациональности.
Элен, моя жена, мать Бенни, выросла в семье методистов и так и не смогла отмыться (как я это себе представлял) от пятен веры. Она называла себя агностиком и не могла пойти дальше и присоединиться ко мне в лагере атеистов. Я любил ее так сильно, что в этом вопросе не требовал от нее однозначно определить свою позицию. Зато презирал всех тех, кто не мог признать, что бога во вселенной нет, а возникновение жизни вообще и человеческой цивилизации в частности — не более чем биологическая случайность.
Я осуждал всех, кто смиренно преклонял колени перед воображаемым Создателем: методистов, католиков, лютеран, баптистов, мормонов, всех прочих. Они называли себя по-разному, но заблуждались одинаково.
Но больше всего не терпел здравомыслящих мужчин и женщин, таких же, как я, которые сошли с тропы логики и рухнули в пропасть суеверия. Они отдали все свои сокровища: независимую душу, уверенность в себе, интеллектуальную целостность, — в обмен на невнятные обещания загробной жизни в тогах и с арфами. Тех, кто решился на такое, я презирал куда больше, чем какого-нибудь давнего друга, который вдруг признался, что внезапно проникся всепоглощающей страстью к собакам и развелся с женой, чтобы жить с немецкой овчаркой.
Хол Шин, мой партнер, с которым я основал «Фаллон и Шин дизайн», тоже гордился своим атеизмом. В колледже мы были лучшими друзьями и на пару могли выиграть любые дебаты по вопросам религии. Каждый, кто пытался заикнуться о существовании Всевышнего, позволял себе не соглашаться с утверждением, что во вселенной правят стихийные силы, потом сожалел о встрече с нами, ибо мы наглядно показывали, что таким идиотам, как он, не место в мире взрослых. Случалось, что мы не могли дождаться, когда же разговор зайдет о религии, и сами умело наталкивали студентов, как мы полагали, верующих, на эту тему.