Психология кризисных и экстремальных ситуаций. Индивидуальные жизненные кризисы; агрессия и экстремизм
- Автор:
- Год: 2013
- Язык: русский
- Год: ООО «ЛитРес», www.litres.ru
- Жанр: Психология
Электронная книга - «Психология кризисных и экстремальных ситуаций. Индивидуальные жизненные кризисы; агрессия и экстремизм». Краткое содержание книги:
• конвенциализм — приверженность к принятым нормам;
• авторитарное раболепие — некритическое подчинение идеализированным авторитетам собственной группы;
• авторитарная агрессия — тенденция выискивать людей, нарушающих конвенциональные нормы, чтобы осудить, отвергнуть и наказать их;
• антиинтрацепция — неприятие всего субъективного, исполненного фантазии, чувствительного;
• суеверность и стереотипизм — вера в мистическое предначертание собственной судьбы; предрасположенность к мышлению в жестких категориях;
• сила и «крепость» — гипертрофированное мышление в таких категориях, как господство-подчинение, сильный-слабый, вождь-последователи; идентификация себя с фигурами власти, выпячивание конвенциоанализированных атрибутов собственного «Я»; выставление напоказ силы и крепости;
• деструктивность и цинизм — обобщающая враждебность, очернение человеческого;
• проективность — предрасположенность верить в нелепые и опасные процессы, происходящие в мире, проекция неосознанных эмоциональных импульсов во сне;
• сексуальность — чрезмерный интерес к сексуальным «происшествиям».
Эти переменные тесно связаны друг с другом и образуют единый синдром, более или менее устойчивую структуру личности. Именно такая личность имеет запрос на ценностный базис и в случае переживания личностного кризиса готова воспринять экстремистскую, черно-белую картину мира в качестве такового. Идеология, основанная на ненависти и вражде по принципу принадлежности к той или иной социальной группе, акцентуирует в личности экстремиста уже имевшиеся у него патологические черты характера. Опасность здесь состоит, прежде всего, в том, что под воздействием идеологии эти черты могут в крайних случаях получить реализацию в делинквентном поведении.
По результатам исследований личности участников радикальных и экстремистских организаций, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления под воздействием экстремистской идеологии, были определены характерологические черты, в значительной степени составляющие указанные выше особенности авторитарной личности. Вместе с тем, для таких преступников имеется ряд дополнительных личностных особенностей, которые описывают именно экстремистскую личность, т. е. ту личность, которая не просто пассивно принимает тоталитарную идеологию, как личность авторитарная, но готова осуществлять под ее влиянием конкретные поведенческие акты вплоть до совершения преступлений, связанных с применением насилия. Причем качественное содержание идеологической догматики здесь может быть любым — от консерватизма и национализма до анархизма или либерализма, от утверждения прав меньшинств до защиты прав животных.
Для носителей экстремистского типа личности выделены следующие характерологические особенности.
Во-первых, лиц, способных на совершение противоправных действий по идеологическим мотивам, отличают крайне высокие показатели шкалы авторитаризма (термин «авторитаризм» здесь употребляется для обозначения количественного измерения описанного выше свойства личности, получаемого эмпирически по методике Т. Адорно), что иллюстрирует применимость выявленных указанными выше исследователями франкфуртской школы особенностей авторитарной личности к современным экстремистам, чья преступная деятельность выявлена и доказана в суде в современной России. Как одно из ведущих свойств экстремистской личности здесь можно также выделить ригидность, или интеллектуальную уплощенность. Носитель этого свойства вовсе не обязательно имеет пониженный уровень интеллекта. Скорее, ригидность характеризует неспособность к абстрактному мышлению, к высшей степени аналитического обобщения получаемой из внешней среды информации — созданию новых смыслов. Такой человек в своих суждениях обязательно должен опираться на чье-то авторитетное мнение, для выстраивания собственной позиции ему необходима идеологическая платформа, полученная извне. Вместе с тем, обретая некую систему координат, воспринимая систему ценностей, отражающую его картину мира, ригидный человек оказывается не способным отнестись к своим убеждениям критически. Попытки переубедить его оказываются безнадежными. Однако существует возможность подверстать под сложившуюся у него картину мира новые факты и обстоятельства. Так, например, участникам различных деструктивных групп, в том числе имеющих полярные идеологические установки и открыто враждующих между собой, можно разъяснить необходимость совместных действий, выстраивая для них образ общего врага, например, «кровавый режим Мубарака» в Египте, где в революционных событиях 2011 года по одну сторону баррикад оказались и радикальные исламисты, и ориентированные на светский образ жизни студенты. То, что после общей победы интересы ее творцов разойдутся на разные полюса, является очевидным, и египетские события 2012–2013 годов наглядно демонстрируют, какого накала могут достичь эти противоречия, поставившие упомянутую страну на грань гражданской войны.