Секретарь старшего принца 6

«Разреши-разреши-разреши!» — мысленно повторяла я, но эту неслышную никому мольбу прервал непривычно жёсткий голос Арендара:

— Я не позволю избранной моего брата отправиться в непризнанный мир без него.

От гнева у меня свело скулы.

— Я ничего не говорила! — жалобно выпалила Валерия.

Вот и всё…

Зашуршала одежда поднявшегося с трона императора.

Телепортацию отсюда мне ограничил Элор. Защита парковых стен меня тоже не пропустит. Попытаться вырваться из тронного зала и попросить помощи у Дариона? Затаиться? Нет, затаиться не выйдет — охранные чары меня обнаружат.

Отрицать, кто я? Бессмысленно.

Что делать? Что делать? Пригрозить им стереть сознание Элора, если заставят снять абсолют?

Что мне делать?!

Мысли метались, пока я всё так же смотрела в пол и физически ощущала, как рушится моя жизнь, планы, всё. В очередной раз. Пора привыкать.

— Лера не говорила, — мягче произнёс принц Арендар, и он не лгал. — Это очевидно, если немного подумать.

На меня смотрели, кажется, все. От их взглядов становилось ещё неуютнее, хотя куда уж дальше: меня и так словно раздели на глазах у толпы. Хотелось просто бежать. Провалиться сквозь плиты пола.

Ланабет, поднявшись с трона, подошла к императору, и того прорвало:

— Как это — очевидно? Арен, ты ничего не путаешь?

К сожалению, его сын ничего не путал.

— У меня были очень близкие отношения с Элором, но всё изменилось с появлением его нового секретаря, — в строгом взрослом голосе ещё позвякивала старая детская обида. — Элор стал уделять мне меньше времени, и доверительных разговоров тоже стало меньше, новый секретарь заменил ему наше общение. И этого секретаря Элор почти сразу поселил к себе в башню — совсем рядом с собой и своими женщинами. — В этой фразе было почти возмущение, хоть и хорошо прикрытое. — Довольно странное поведение для дракона, так же как и то, что свою закрытую сокровищницу этот секретарь согласился хранить в доме Элора. И Лин тоже проявляет удивительную лояльность, а позже отдаёт в сокровищницу секретаря образцы, изъятые Особым отделом контроля. Просто изумительное взаимопонимание. Этому секретарю удаётся невозможное: вынудить Элора отказаться от попыток украсть свои перья, да что там, секретарь может заставить его практически без шума отдать украденное! Это очень странно и похоже на подавление воли.

Предположение о подавлении воли меня не удивило, потому что оно логично, и не испугало на фоне всех остальных моих проблем. Я думала лишь о том, чем всё это закончится. Ведь Арендар почему-то молчал до сих пор, может и дальше согласится хранить мою тайну? На поддержку Ланабет, наверное, тоже можно рассчитывать. Валерия вроде за перевоспитание Элора, я готова лично ей десять списков с претензиями написать, чтобы она его теребила, только бы сохранила мою тайну.

— Даже ты, отец, не избежал симпатии к нашему неожиданному соседу, — это заявление Арендара стало для меня неожиданностью. — И это тебя очень раздражает, ведь серебряные драконы могут голосом влиять на других существ, даже если те под щитом правителей. И даже клятва крови не застрахует, если серебряный дракон может её нарушить. — Принц Арендар продолжил свои неожиданно интеллектуальные рассуждения: — Но всё становится на свои места, если предположить, что дело не в нарушении клятвы крови, просто тогда вместе с остальными Сиринами погиб Халэнн, а Риэль, потенциальная избранная Элора или Лина, спряталась под его личиной. Пластичность драконьих костей вполне позволяет провернуть такой трюк, а для близнеца-менталиста не составит труда заменить брата: его оружие должно было легко её признать, он не владел даром, значит, его мысли и память были открыты для сестры. И мысли окружающих попроще, без защит, тоже, а через них можно увидеть, насколько хорошо получается обман. Это всё возможно, особенно если у тебя есть союзник, подтверждающий ложь ради благополучия правящего рода, ведь сохранить возможную избранную среднего и уже второго наследного принца от убийц намного проще, если её считают мёртвой.