Кто люб богам
- Автор: Росс Кейт
- Серия: Расследования Джулиана Кестреля #3
- Язык: русский
- Переводчик: Широхов Сергей Павлович
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Кто люб богам». Краткое содержание книги:
Я вернулась в свою комнату на чердаке и села шить. Я не легла спать, потому что могла понадобиться хозяйке. Я была одна до часу ночи, когда пришёл Люк и сказал, что хозяина убили. Я поспешила вниз поговорить с мистером Николсом, дворецким, а он попросил меня передать новость миссис Фолькленд.
Я вошла в её комнату. Дверь всё ещё была закрыта. Она отперла мне, а я рассказала, что случилось. Сперва она совсем голову потеряла. Всё кричала «Нет! Нет!» и заламывала руки. Я успокоила её как могла, и вскоре она собралась с духом и смогла спуститься поговорить с гостями. Я и не ждала от неё меньшего. Если мне позволено сказать, это самая отважная леди из тех, что я знаю.
Потом у нас было много дел, но меня послали вниз, в людскую, так что я многого не видела. Только в два пополуночи хозяйка взяла меня с собой в комнату к мастеру Юджину, что рассказать ему о смерти хозяина. Мастер Юджин – это единоутробный брат миссис Фолькленд, он жил с ней и хозяином. Она постучала в дверь, он отозвался, и мы вошли. Мастер Юджин сидел на кровати и смотрел на нас сонными глазами. Хозяйка села рядом и рассказала, что мистер Фолькленд мёртв. Мастер Юджин был потрясён. Он спросил: «Как его убили?». Не знаю, почему.
- «Как его убили?», – повторил Джулиан. – Почему не просто «Как он умер?» Хорошо, из показаний Марты ясно одно – у неё нет алиби. В нужное нам время она могла быть где угодно.
Он вернулся к бумагам.
- Меня дьявольски интересует эта головная боль миссис Фолькленд. Она ведь не из мнительных женщин. Скорее наоборот – мне показалось, что она бы сочла болезнь проявлением слабости. Когда я увидел её сегодня, была явно опустошена скорбью и всё ещё отходила от болей в животе, о которых мне говорил сэр Малькольм. Но она ничего не сказала про это, а настаивала, что чувствует себя прекрасно.
- Так вы думаете, что она выдумала эту головную боль, чтобы уйти с праздника, потому что они с мужем правда поссорились?
- А что говорила она сама?
- У меня нет записи её показаний. Судьи не любят расспрашивать… скорбящих вдов, сэр, вы понимаете. Но она ответила на несколько вопросов. Сказала, что поднялась наверх без четверти одиннадцать и оставалась там со своей головной болью, пока не услышала про убийство. У неё не было никого, кроме Марты, и она никого не видела.
- Иными словами – у неё нет алиби.
- Ни следа алиби, сэр.
- Прискорбно это слышать. Уверен, она отрицала ссору с Фольклендом?
- О да, сэр. Её оскорбило само предположение.
- Неудивительно, если ссоры и правда не было. Но если была, она тоже могла оскорбиться. Приложила она руку к его смерти или нет, было бы очень скверно, если бы муж оказался убитым едва ли через час после того, как жена ушла от него в свою комнату в гневе.
- Мистер Пойнтер подтверждает её слова, сэр… Это уже кое-что.
Джулиан поднял брови.
- Феликс Пойнтер? Он замешан в этом?
- Я не знаю, могу ли я так сказать, сэр. Но он был последним гостем с которым миссис Фолькленд поговорила перед тем как уйти к себе, так что на него стоит обратить внимание.
- Да, никто не может не обратить внимание на Феликса. Всё дело в его гардеробе.
Вэнс проницательно на него посмотрел.
- Ваш друг, сэр?
- Да. Но я не позволю этому мешать моим суждениям. Что же он сказал?
Вэнс достал на свет бумаги.
Показания достопочтенного Феликса Пойнтера
Моё имя Феликс Пойнтер. На самом деле – Феликс Горацио Пойнтер, но вам лучше это не вставлять. Да, я сын лорда Солтмарша… один из сыновей. Самый младший.
Я приехал на вечеринку к Александру Фолькленду 22 апреля. Я не помню ничего необычного. Кроме того, что его убили – но об этом вы и сами знаете, конечно.
Прощу прощения – да, то, что миссис Фолькленд ушла, сославшись на головную боль, было необычно. Мы побеседовали. Она выглядела не очень здоровой и сказала, что у неё болит голова, так что ей лучше подняться к себе и прилечь. Она сказала, что об этом не стоит беспокоиться, и никому не стоит уезжать. Это было сказано очень настойчиво – будь иначе, я бы решил, что развлекаться, пока она болеет – чертовски дурной тон.