Человек-эхо [litres][The Echo Man]

— Хватит на меня пялиться.

— Скажи, почему ты мне веришь? Та тетка-детектив в больнице говорила, что, по-твоему, тут есть некая связь с каким-то другим делом…

Гриффин бросает в ее сторону колючий взгляд:

— Так ты все слышала?

— Скажи мне!

Он колеблется, а потом сворачивает с дороги. Заруливает на какую-то темную колею и останавливает машину. Вырубает мотор. Джесс смотрит в боковое окошко и в наступившей тишине вдруг сознает, насколько далеко она от всех и вся и какая она дура. Гриффин наклоняется к ней, и ее рука уже хватается за внутреннюю ручку дверцы — скорее бежать! — но он тянется к коврику перед задним сиденьем и вытаскивает оттуда черный рюкзак. Джесс тяжело дышит, и он замечает, что она уже собралась сделать. Пренебрежительно косится на нее.

— Да елки-палки! — бормочет он. Опять примолкает. — Ты что, вообще по жизни дерганая?

Джесс бросает взгляд на рюкзак. Что у него там может быть? Мертвое животное? Отрубленные пальцы?

— Не знаю, — нервно отвечает она.

Гриффин секунду сердито смотрит на нее, а потом открывает верх рюкзака.

— Все это началось два года тому назад, — говорит он. Вытаскивает из рюкзака потрепанную картонную папку, кладет себе на колени, открывает. Другой рукой включает плафон освещения салона. — Меня вызвали на место преступления — изнасилования и удушения женщины, которую явно связывали и пытали перед тем, как убить. — Гриффин перебирает в руках стопку листков, в которых Джесс узнает полицейские фото с места преступления, и передает ей одну. Она ахает. Видит залитую режущим светом бледную кожу, темные синяки. Лицо с закрытыми глазами. — Двадцать один год, официантка из одного местного кафе. Ее звали Лиза Кершоу.

Джесс смотрит еще раз. Тело обнажено, на шее, запястьях и лодыжках ясно видны следы от веревки.

— Так ты и вправду детектив? — спрашивает она.

— Был, — мрачно отзывается Гриффин. И быстро продолжает: — Потом нашли еще два тела.

Передает ей новые фото. Еще две женщины. Голые. Мертвые. При их виде Джесс передергивает.

— Дарья Кэпшоу и Сара Джекмен. Изнасилованы, подвергнуты пыткам, задушены.

Говорит он так, будто снимает камень с груди — слова, которые давно не произносились, изливаются потоком. Поворачивается и смотрит на нее.

— Всего трое. Явно серийный убийца.

— Я не слышала ничего такого в новостях, — говорит потрясенная Джесс. — Как так вышло?

— Мой шеф волновался, как бы огласка не стала рекламой убийцы, не подстегнула его. Так что мы действовали по-тихому. Но тут подвалили еще преступления из категории особо тяжких. Два изнасилования, сопряженные с незаконным проникновением в жилище, длинные и жестокие. Поначалу мы не подумали, что тут может быть связь.

— А она была?

Гриффин кивает.

— Обе жертвы что-то слышали в своих домах незадолго до нападений — похоже, что к ним кто-то проникал заранее, чтобы разведать обстановку. На клумбах были обнаружены отпечатки подошв с рисунком в виде звездочек — как выяснилось, давно снятых с производства адидасовских кроссовок, — и точно такие же следы нашлись возле тела Сары Джекмен. Но это было странно. Убийцы обычно не деградируют, что касается тяжести совершенных преступлений. Начинают с изнасилований, а потом начинают убивать, когда обретут уверенность в себе. Но не скатываются назад. Так что мы подумали, не было ли еще каких-то убийств, на которые мы в свое время не обратили внимания.