Тайны хазар и русичей. Сенсации, факты, открытия

Может быть, вот в чем связь с хуннами? Не с Аттилой и его западными удальцами, а с хуннами в Хэси? Основатель местного правящего дома, к слову, был столь умен, что это качество считали «неестественным для человека». Династия получила официальное название Поздняя Лян.

Северный Китай был в то время ареной борьбы племен. Наступил короткий период усыхания Монгольской степи, и ее население искало спасения на берегах Хуанхэ. Одно за другим появлялись непрочные и недолговечные царства, которые люто враждовали между собой. Эпоха в китайской традиции так и называется: «шестнадцать варварских царств». В этот период масштабы казней и убийств по сравнению с европейскими мерками просто невероятные. При этом кочевники принимали китайский этикет, но китайцы не считали пришельцев за людей, ненавидели их, а при случае варварски убивали.

Одно из переселившихся племен носило название табгачи (по-китайски Тоба; так именовали правящий род). Это сяньбийцы, древние монголы, отличавшееся от других тем, что мужчины переняли у тунгусов обычай заплетать волосы в косу. Китайцам это казалось отвратительно. На территории Северного Китая племя настолько усилилось, что стало захватывать соседние варварские княжества и истреблять местные династии.

Степь снова зазеленела, но табгачи уже не хотели возвращаться на север: их манил богатый Китай, где пришельцы основали царскую династию. В науке она получила название Тоба-Вэй.

Тем временем на южной кромке степи образовалась из осколков племен, степных авантюристов и воинов новая орда: Жужань. Это было сообщество крайне жестоких грабителей. О зверствах жужаней слагались легенды. Все мы помним одну из них в переложении Чингиза Айтматова (роман «И дольше века длится день»). Жужани обривали головы пленных и обтягивали сырой кожей свежеубитого верблюда. Затем беднягу связывали, на шею надевали колодку и оставляли под палящим солнцем. Кожа ссыхалась, сдавливала голову, человек терял память и превращался в послушного раба – манкурта. Сам Айтматов позаимствовал легенду из киргизского эпоса «Манас», и вряд ли это правдивая история. Слово «манкурт» он выдумал совершенно точно, в чем признавался. Но вполне вероятно, что жестокость жужаней выходила за обычные рамки. Их боялись и ненавидели многие соседи.