Матрикул Без права на подвиг
- Автор: Респов Андрей
- Язык: русский
- Жанр: LitRPG
Электронная книга - «Матрикул Без права на подвиг». Краткое содержание книги:
Там его и отыскали совершенно случайно Странник с двумя Воинами, вытащившие Ремесленника на свет божий не из сострадания, а исходя из острой необходимости в анавре, разбирающемся в нейрофизиологии и доступном в нашем временном отрезке оборудовании.
Ну а дальше — проще. За рекордное время организм Павла Хомякова был восстановлен в прежних кондициях. Одновременно бывшему доценту был открыт совершенно новый взгляд на мир. Вернее, на миры…
Так, что более лояльного Хранителям анавра на сегодняшний день я не знаю. Сомнительный, конечно, показатель, так как знаю толком я только двоих.
Сделав из рассказа Паши неутешительный вывод, я всё же решил рискнуть и поделится с ним фактом контакта со Смотрящим. Риск того, что он доложит об этом своим патронам, был не особенно велик. Но что-то внутри меня подсказывало: этот Ремесленник не слишком лоялен к своим хозяевам. Вернее, Пашкина натура, скорее, вообще не переносила стороннего контроля. Всё же, мы с Павлом, как ни крути, люди одного мира и по всем признакам выходило, что этот парень не лишён нормальных человеческих качеств. Он не мог не оценить по достоинству грязной игры Хранителей в отношении моей семьи. На что я и попытался поставить. И не прогадал!
— Значит, Паш, тебя и Елисея лично Хранители сделали своими наёмниками? Страннику — вечную молодость гарантировали, а тебе здоровье вернули, от зависимости избавили и к любимому делу приставили.
— Ну… как-то так, — пожал плечами Ремесленник, — а тебе-то что?
— Согласись, обидно, Паш. Чего ж со мной-то тогда не по-человечески? Как ни крути, а шантажировать семьёй — это, брат, не по совести, могли бы и честнее повод найти. Неужто бы я отказался? — мне не пришлось имитировать лёгкую степень опьянения. Впрочем, как и Пашке. Поскольку он пообещал перед настройкой быстро вернуть нас обоих в нормальный вид, решено было ни в чём себе не отказывать. Тем более что и коньяк оказался на удивление хорош.
Бариста покатал очередную порцию янтарной жидкости на языке, сглотнул и пристально уставился на буроватую маслину в своих пальцах, будто она олицетворяла собой центр мироздания.
— Не…Ты неправ, Гавр…меня…короче, Хранители — сила! Раз пообещали, твоих они вытащат! Не дрейфь. За ними не заржавеет. Это ты чего-то разкобенился. Бунтуешь, Миротворец. Адольфа мочканул, опять же. Устроил, панимаешь, ауто…мать его…ик…дафе с гранатой. Но я понимаю, сам вначале такой был…эх! Знаешь, как на Елисея орал, что он продался с потрохами вселенским барыгам? Шоб у няго Кремль стоял, — Пашка прервал свой путанный монолог, выложив на блюдо очередную порцию креветок, — погоди, кофе сварю, — без связи с предыдущим спичем пробормотал он, подхватив турку.
— Ты в этот раз снова помощника мне в закладку зашифруешь? — решил я немного повернуть тему.
— Кого? — не сразу понял Пашка.
— Ну, свой виртуальный образ, который давал мне советы по развитию в процессе адаптации нейротрона. Он приходил ко мне во сне, иногда генерировал обучающие виртуальные видения. Прикольно было.
Бариста загремел чем-то в мойке, хлопнула дверца холодильника. Нетвёрдой походкой Павел вернулся за стол и поставил рядом с коньячными бокалами два высоких стеклянных стакана с водой. В правой ладони его был зажат предмет, похожий на аэрозольный баллончик с каким-то хитрым спиральным распылителем.
— Ща, пять сек, Гавр, — он наклонил баллончик над каждым из стаканов и пшикнул мутно-белой струёй на поверхность налитой в них жидкости. Та в ответ вскипела на несколько секунд, забурлила и снова стала прозрачной, — пей! — Ремесленник пододвинул ко мне один из стаканов. Сам же одним глотком осушил другой, деликатно отрыгнув в кулак.
Я не стал переспрашивать Павла, поняв без дополнительных объяснений, что это то самое обещанное бариста отрезвляющее средство. И не прогадал.
Уже спустя несколько минут совершенно незаметно хмель улетучился, а в голове образовалась такая ясность, будто я последние не только часы, а сутки только и делал, что отдыхал и отсыпался. Движения Ремесленника снова стали порывисты и точны, ушла плавность и вальяжность. Пропала зыбкая мутность во взгляде. Он внимательно уставился мне в лицо, терпеливо наблюдая моё возвращение в мир трезвости.