Польская линия [СИ]

Так что из команды остался лишь взвод красноармейцев, Исаков с Кузьменко, да Новак с Книгочеевым.

Александр Петрович любил играть в шахматы с Никитой Кузьменко, а Книгочеев был занят делом: начал-таки писать пособие для начинающего шпиона, но, как это часто бывает, не знал, с чего начать.

– Александр Васильевич, начните с Библии, – посоветовал я.

– С Библии? – переспросил бывший жандарм. Похлопав глазами, радостно воскликнул: – А ведь точно! В «Книге чисел» говорится, что сказал Господь Моисею: «Пошлите людей, чтобы они обозрели землю Ханаанскую».

– И послал? – полюбопытствовал я, давясь смехом.

– Ну да, – подтвердил Книгочеев. – Послал Моисей, да еще и велел взойти на гору, чтобы обозрение было лучше. Владимир Иванович – вы гений!

Это я-то гений? Хм. Приятно, конечно, но, если учесть, как часто в книгах современных мне авторов я встречал отсылки на Библию… Пожалуй, все «силовики» находят свои основы в Главной книге. Разве что не могу припомнить библейских «морпехов».

– А про контрразведку там что-нибудь сказано? – спросил я немало не сомневаясь, что экс-ротмистр в отличие от меня досконально знавший текст Священного Писания, что-нибудь да найдет.

Так и есть. Александру Васильевич не пришлось долго вспоминать, сразу же выдал:

– Царь Иерихонский сразу же узнал, что в дом девицы легкого поведения проникли чужие люди. А как он мог об этом узнать, если бы не имел соответствующей службы? В крайнем случае – добровольной агентуры из числа обывателей. Надо только уточнить, в какой главе и про что сказано.

– Молодец, Александр Васильевич, – не преминул похвалить я своего «спеца», но тут же опустил его с неба на землю. – Только лучше сделать введение не библейским, а историческим. Не забывайте, что ваше пособие станут читать современные чекисты, а сами знаете, к религии равнодушны. Начните с организации войсковой разведки у монголо-татар, перед тем как они напали на Русь. Или о том, что русские князья использовали в своих интересах купечество. Вон, князь Дмитрий Иванович получил сведения о выступлении татар.

– Думаешь, от купцов? – вмешался в разговор Артузов, с интересом прислушивающийся к нашему разговору. – А я считаю, что основную роль в доставке информации сыграло русское духовенство, находящееся в Золотой Орде. Вспомните, что часть татар к тому времени уже окрестили, и они могли на исповеди рассказать своему духовнику о планах начальства. Дело, разумеется, стоящее, но неприличное.

– Почему неприличное? – удивился Книгочеев. – Если православный священник узнал об опасности грозящей всему государству, то обязан сообщить о том светским властям. Таким образом он спасет гораздо больше жизней, нежели утаит чьи-то нелепые секреты.

Дальше между Книгочеевым и Артузовым начался увлекательный спор о том, допустимо ли нарушать тайну исповеди, если она касается государственных тайн. Самое интересное, что коммунист Артузов считал, что священнослужители должны свято хранить тайну исповеди, а бывший жандарм полагал, что если речь идет о государственных тайнах, то никакие нравственные или религиозные запреты не должны стать преградой.